– На этот раз даже не думай, что сможешь остаться. В начале года тебе позволили отдохнуть, но сейчас ты полностью здорова, и у тебя больше нет причин отлынивать от работы.

Я молча стояла, опустив голову, и тихонько вздыхала. Покачав головой, Ли Дэцюань повернулся, собираясь уходить, но вдруг остановился.

– Ты должна как можно быстрее собраться с силами и взбодриться, чтобы хорошо служить Его Величеству, – произнес он, обернувшись. – Это важнее, чем все остальное.

Ты уже достаточно взрослая и во дворце служишь давно. Вся твоя будущая жизнь будет посвящена лишь одному – служению Его Величеству!

И он быстрым шагом ушел прочь, оставив меня стоять столбом и растерянно глядеть в пространство.

Я с трудом заставила себя сесть в повозку, но стоило мне увидеть, как темно-красные стены Запретного города отползают все дальше и дальше, тут же повеселела. Одна мысль о бескрайних степях, простирающихся по ту сторону Великой стены, а также о высоких, бездонных синих небесах, не говоря уж об ином, могла бы заставить кого угодно испытать душевный подъем.

Не прошло и нескольких дней после того, как мы прибыли на место и разбили лагерь, а до нас уже дошли вести, что монголы собираются на аудиенцию к императору Канси. Конечно же, Миньминь, чье сердце влекло ее к тринадцатому принцу, тоже приедет со своим отцом.

Я заранее забеспокоилась. Хорошо все обдумав, решила, что должна посоветоваться с четырнадцатым принцем, и, улучив момент, отправилась к нему.

Когда я поприветствовала его, он лишь холодно взглянул на меня и, не давая мне разрешения распрямиться, прошел мимо, даже не остановившись. Я торопливо выпрямилась и, сделав пару шагов ему вдогонку, прокричала:

– Четырнадцатый принц, мне нужно с тобой поговорить!

– Мне не о чем с тобой разговаривать, – сказал он, не оборачиваясь и не сбавляя шага.

– Это касается прошлых событий и Миньминь-гэгэ, – крикнула я.

Четырнадцатый принц остановился и, обернувшись, одарил меня ледяным взглядом:

– Я в долгу перед тобой. Чего ты хочешь?

Я совсем не испытывала к нему раздражения, поэтому примирительным тоном произнесла:

– Через два дня приедут монголы, и вы с Миньминь-гэгэ наверняка столкнетесь. Что мне ей сказать тогда?

Опустив глаза к земле, он ненадолго задумался.

– Прямо скажи ей обо всем, принеси извинения и заморочь голову парой приятных фраз, разве этого не будет достаточно?