Неторопливая колонна передвигающейся армии, скользящая по склонам холмов и долинам, была похожа на откормленную змею, ищущую спокойное местечко для многодневного сна. Немногочисленная конница вела за собой пехоту, причем северяне не сливались с толпой шиянцев или армией «котов», а шли обособленными группами.

Палаточный городок остался далеко позади: армия кочевников направлялась к пределам Ашервана.

Эвери вместе с остальными вождями передвигалась на коне спереди. Слева от нее верхом ехал Вайлет, а справа другой «раб» — принц Кристофер…

Иногда вожди косились на императорского отпрыска с недовольством: одет он был шикарно по их меркам и держался с обычным для своего прежнего статуса достоинством.

Да, Эвери не по-рабски поступала со своими невольниками, и многим это не нравилось.

Но никто не возражал. Это было бы глупо во свете намечающейся битвы.

Три дня живая колонна передвигалась по холмам и степям, а впереди было еще целых две недели похода, ведь такая огромная амия просто не могла добраться в Ашерван обычным путем — по морю. Пришлось проложить маршрут в обход его, что серьезно усложняло дело.

Конечно, в Ашерване узнают о наступлении гораздо раньше, чем они доберутся к нему, но кочевники рассчитывали победить за свет своей многочисленности и, конечно, при помощи великой и непобедимой магии наследницы рода де Гуарран.

Эвери была очень напряжена, понимая, что опирается только на благородство и обещание бога войны. Не обманул ли он? Поможет ли прекратить войну?

Но у нее просто не было выбора. Он просил довериться ему, и она пыталась это сделать изо всех сил, надеясь, что потом не пожалеет об этом…

Кристофер был напряжен не меньше.

Днем они почти не разговаривали, но каждую ночь в наскоро собранном шатре он обнимал девушку, а потом медленно и тягуче целовал, пытаясь отогнать от нее печаль и усталость.

Эвери отвечала охотно, с удовольствием, действительно черпая для себя в этих ласках умиротворение и отдых. Принц заставлял себя не слишком возбуждаться, чтобы держать себя в руках, но с такой солнечной и хорошенькой девушкой было очень трудно не доходить до состояния головокружения.

И как он раньше не понимал, что она совсем не мальчик? Высокая, как для женщины, гибкая и сильная — в прошлом она не отличалась женственными формами, но эти огромные синие глаза, своеобразные, но очень женственные черты лица, четкая линия подбородка, золотистые кудряшки — всё было несомненно привлекательным и определенно девичьим.

Ее тонкие, но такие мягкие и сладкие губы, ставшие податливыми и умелыми за эти дни, приносили Крису неимоверное удовольствие. Не меньшее, чем тогда, когда орудовала брачная магия.