– Размер вашего дворца определенно впечатляет, хотя некоторый декор немного… устарел, – она многозначительно посмотрела на платье Рен.

– Мне нравится ваш снежный лис, – любезно сказала Рен. – Вы носите его брата на плечах?

Глаза Аники вспыхнули, и тень чего-то дикого промелькнула на ее лице.

– Ваш лис действительно прелестный, – вежливо вмешалась Селеста, прежде чем принцесса Гевры успела возразить, она протянула Анике кубок с вином. – Он всегда так хорошо ведет себя?

Глаза Аники заблестели, когда она приняла кубок.

– Едва ли. У него свирепый характер.

– Моя сестра преувеличивает, – отметил Аларик. – Ее лис приручен, как и все наши звери. Они знают, что нужно повиноваться своим хозяевам.

Рен глазами нашла Тора на другом конце комнаты. Его челюсти были сжаты, а плечи напряжены.

– Возможно, некоторых зверей не следовало приручать.

– Я никогда не встречал зверя, которого нельзя было бы сломить. На самом деле то же относится и к людям. – Смех Аларика был холодным, как зимний ветер, и Рен почувствовала, как дрожь пробежала по ее костям. – Ваши ведьмы скоро это поймут.

– Ох, ты и твои мании, Аларик. Мы можем просто повеселиться? – Аника надула губы. – Я хочу танцевать! Кто присоединится ко мне? – Она посмотрела на Селесту, и ее глаза неожиданно заблестели. – Ты определенно выглядишь так, как будто знаешь, как вести себя во время танцев.

Селеста ухмыльнулась:

– Хорошо подмечено.

Она взглянула на Рен, только чтобы убедить подругу, что она не переходит в тыл врага. Рен подмигнула ей, быстро решив, что отвлеченная Аника Фелсинг гораздо предпочтительнее той, которая только что вмешалась в ее разговор. И кроме того, немного повеселиться было бы полезно и для Селесты.

Селеста допила вино из своего кубка и протянула руку принцессе Гевры. Аника взяла ее, обе девушки озорно захихикали и неторопливо удалились.

Ансель, который нервно слонялся поблизости, выскользнул из-за спины брата.

– Кстати о танцах, не хочешь присоединиться ко мне, мой цветок?

– С радостью. – Рен без раздумий схватила его за руку и, хотя она была не в настроении танцевать, почувствовала облегчение, когда ее увели от короля Аларика и его разговоров о ведьмах.