У нее начала кружиться голова.
– Что вы делаете? – выдавила она.
– Веду, – ответил Аларик и грубо притянул ее к себе, его рука прижалась к ее спине. – Как вы и просили.
Снова, и снова, и снова зал вертелся вокруг Рен. Она заметила Тора, стоящего неподвижно у стены, затем Селесту, откинувшую голову назад от смеха. Она попыталась привлечь ее внимание, но Аника командовала всем происходящим, и Рен быстро оказалась закруженной в танце, который намного опередил свое музыкальное сопровождение.
– У меня немного кружится голова, – произнесла она, пытаясь отстраниться.
Аларик сделал вид, что не услышал ее. Он вращал ее, как юлу, и лицо Тора сменилось лицом Анселя. Затем появились Селеста и Аника в виде смеющихся голубых и серебристых пятен, и, когда они скользнули ближе к окнам, Рен показалось, что она мельком увидела что-то в саду. Фигуру, движущуюся в темноте.
Но…
Она отвернулась, уверенная, что ей это почудилось. Непрерывное вращение играло с ее разумом. Сейчас у нее невероятно кружилась голова, и это вызывало у нее галлюцинации.
Но затем она снова увидела ее.
Рен попыталась сфокусировать взгляд на лице. Было ли это ее собственное отражение, смотрящее на нее в ответ? Или игра света и ледяная шипучка затуманили ей разум? Ее желудок скрутило, когда мир снова завертелся, и отдаленная паника начала подступать к горлу.
– Прекратите, – сказала она, упираясь каблуками. – Меня сейчас стошнит.
– Скажите пожалуйста.
Рен ударила каблуком своей туфли по ноге Аларика.
Король выругался и отпустил ее.
– Ой. – Она отскочила назад, прежде чем он смог схватить ее. – Я говорила вам, что неуклюжа.
Рен быстро затерялась в толпе, пробираясь к столу с десертами, который находился как можно дальше от танцевальной площадки. Она плюхнулась в кресло рядом с башней кексов и помассировала виски, пытаясь восстановить контроль над своими чувствами.
Она посмотрела в окно, на улице царила абсолютная тишина. Из ее груди вырвался вздох.
– Я знала, что мне померещилось. – Она начала смеяться над собственной глупостью.
А потом она снова увидела это лицо.