Светлый фон

– А потом, когда Жучара на минутку вышел из комнаты, Мякун шепотом добавил, что, если ты любви хочешь, искать ее нужно в другом мире, а этот оставить другой.

– А потом, когда Жучара на минутку вышел из комнаты, Мякун шепотом добавил, что, если ты любви хочешь, искать ее нужно в другом мире, а этот оставить другой.

Сердце зашлось в бешеном ритме, я схватила папу за руки и лихорадочно зашептала:

– Да-да, я оставила Атураш Мануле. А свою любовь я никому не отдам! Он только мой!

– …если ты любви захочешь, ищи ее в другом мире, а все, что в этом, оставь другой… – с укоризной вещал папа.

– …если ты любви захочешь, ищи ее в другом мире, а все, что в этом, оставь другой… – с укоризной вещал папа.

– Да мне ничего и не надо… Мне нужен только он… и его любовь… – чуть не плача, шептала я, с ужасом вспоминая одиночество и Атураш.

– …если ты любви хочешь, ищи ее… а все… оставь другой… – тихий предупреждающий шепот почему-то набатом звенел в голове, а желто-зеленые глаза смотрели пытливо, словно папа хотел донести что-то еще, слишком важное, что нельзя передать словами.

– …если ты любви хочешь, ищи ее… а все… оставь другой… – тихий предупреждающий шепот почему-то набатом звенел в голове, а желто-зеленые глаза смотрели пытливо, словно папа хотел донести что-то еще, слишком важное, что нельзя передать словами.

– Я нашла ее и никому не отдам! – закричала… и проснулась в холодном поту.

Судорожно вздрогнув, раскрыла глаза и тут же встретилась с внимательным взглядом дракона. Большая круглая луна висела над нами, освещая окружающее пространство. За четверо суток я, кажется, уже привыкла просыпаться в надежных, согревающих и укрывающих от всего на свете объятиях. Вот и сейчас, увидев его, с облегчением продышалась, избавляясь от липкого страха.

– Тебе что-то приснилось, девочка моя? Успокойся, – заботливо склонился ко мне Стей, плотнее сворачивая вокруг кожистое крыло, пряча от ночных кошмаров.

Я благодарно прижалась щекой к чешуйчатой груди и попыталась обнять огромного дракона, но лишь за основания крыльев смогла ухватиться. Но мне достаточно было просто ощутить его, убедиться, что он со мной рядом, что отец мне лишь приснился и впервые в жизни почему-то в кошмаре.

Ритм моего пульса постепенно замедлялся, подстраиваясь под мерный сильный стук драконьего сердца. Судя по звуку, оно у него большое, любящее, ведь я чувствую его биение всем телом и душой.

– Лютик, что случилось? – пустил дымок из ноздрей разволновавшийся дракон.

Устыдившись своей слабости, не захотела рассказывать самый большой на данный момент страх, поэтому, не задумываясь, ляпнула первое, что пришло в голову: