Я мысленно, а может, и не только, застонала – сейчас начнется испытание моего обоняния на прочность. Но в этот момент муж поставил локоть на стол и, щелкнув пальцами, создал высокое красное пламя. Драконы замерли на полпути, перевели взгляд на меня и быстро осмотрели. Все четверо расплылись в хищных довольных улыбках и наперебой начали поздравлять Стейнара с обретением избранной. А он с важным напыщенным видом принимал поздравления. Меня лишь назвал по имени – не более. Я надулась как мышь на крупу от незаслуженного пренебрежения.

Драконы уселись за стол подальше от нашего, но один из них, с красным шарфиком на шее, подошел к нам. Напрасно я приготовилась страдать – ничего неприятного не почувствовала. На мое везение, этот – женатый!

– Аматис Аметистовый! – вежливо представился брюнет с фиалковыми глазами, присаживаясь за стол.

– Лютерция Пче… – по привычке начала я, но, поймав напряженный взгляд Стейнара, исправилась: – Лютерция Сапфировая.

Муж зачем-то придвинулся ко мне и прижал к боку, таким образом насторожив.

Аматис осторожно, тихо поинтересовался, наверное, чтобы посторонние не услышали:

– Старейшины сообщили о появлении на Раше феи… И говорят, Сапфировые уже заявили на нее право…

Я поморщилась – ох уж это навязчивое драконье право для феиды! – что не укрылось от Аметистового.

– Старейшины зря пыль поднимать не будут! – флегматично произнес Стейнар.

– Лютерция, вы – фея? – обратился ко мне Аматис.

– Фея! – предчувствуя дальнейшее, печально согласилась я.

– Она – моя! – грозно предупредил Стейнар.

От вибрирующих «рычащих» ноток в его голосе меня пробрала дрожь желания и удовлетворения. Такой собственник и ревнивец непременно защитит свою женщину от любой опасности. Эх, я точно влюблена!

– У меня трое сыновей! – Аматис запальчиво кивнул в сторону трех других драконов. – Шляются по… – запнулся и дальше, более осторожно выбирая слова, продолжил: – Моя жена мечтает о внучках, а я даже невестку не могу ей подарить. Ты можешь себе это представить?

– Могу! – ухмыльнулся Стейнар, неожиданно пересаживая меня к себе на колени.

Мужнин подбородок коснулся моей макушки, а широкие ладони переместились ко мне на живот, закрывая почти полностью. Он глубоко вдохнул и счастливо выдохнул:

– Теперь точно могу!

Аматис раздраженно сверкнул глазами:

– Когда твоя жена год за годом будет просить богов о дочери или внучке, поверь, только тогда ты поймешь меня!

– Может быть! – снова равнодушно согласился Стейнар, согревая дыханием мои волосы и кончики ушек. – И что ты хочешь?