Сил не было. Ни на что. Но кого это сейчас волнует?

— Грейс, мне нужно поговорить с миледи. Ты позволишь? — улыбнулся ей Жиль.

Она спохватилась, поклонилась и вышла.

А Жиль сел рядом, обхватил Катерину, стащил с её головы драгоценный чепец, потёрся носом о её макушку.

— Спасибо тебе, моя рыжехвостая Кати.

— Это тебе спасибо, — прошептала она. — Я не знаю, что бы было, если б я выбралась из той комнаты в дом. И что сказала бы страже на входе. А так… никто ничего не знает. Кроме тех, кто там был, магов и королевы.

— Да, кроме тех, кто там был, верно, — кивнул он. — Жанно болтать не станет, он не таков.

— Об этом тебе виднее, — согласилась она. — А почему он так странно дёрнулся, когда оказалось, что у Рональда была дочь от какой-то девушки, и обе они умерли? Я думала, он проломит твою защиту и убьёт Рональда голыми руками.

Жиль грустно усмехнулся.

— Да потому, что его дочь появилась в его жизни ровно при таких же обстоятельствах. Какая-то совсем мимолётная история, но дева забеременела и родила, и умерла в родах. А ребёнок остался. Родные хотели избавиться от девочки, но сестра умершей принесла её к нам домой. В смысле — в дом Саважей. А там дело взяла в свои руки госпожа Лика, матушка Жанно. Она, конечно, его чуть не прибила на месте, как узнала, что стала бабушкой таким вот образом, но — оказалась лучшей бабушкой на свете. И Теодоре сейчас уже три года.

— А… сколько лет бабушке? — Саваж ведь совсем молод!

— Госпоже Лике? — Жиль задумался. — Честно — не знаю. Много. Сорок с чем-то, наверное.

Ох, здесь сорок — это много. Надо помнить.

— Но она маг, а маги живут дольше простецов, и поэтому какая разница, сколько кому лет? — он улыбнулся, а потом взял её руки в свои. — А я буду очень рад, если ты расскажешь — кого я, всё же, беру в жёны.

Она ждала этого вопроса — и боялась.

— Кэт Телфорд умерла, упав со скалы.

— Я это сегодня понял. Иначе мы не увидели бы её там.

— И я тоже умерла. И почему-то осталась дома, вроде леди Маргарет, разве что не пыталась никого увести. Меня нашла госпожа Мэгвин, это матушка госпожи Бранвен, та самая, что была замужем за предком Телфордов, и привела в это тело. И я в нём живу вторую жизнь, уже более года, — Катерина не смотрела на него, она смотрела на свои обтянутые многими слоями ткани колени.

— И… почему ты умерла? — он всё ещё смотрел по-доброму.

Что ж, это придётся сказать. Иначе не честно.