С краю раздалась вспышка, но меня она не достигла – я уже была в другом месте, начав свой смертельный танец. Всплеск воды, выстрелы и треск камня наполнили зал. Тут было достаточно места для манёвра, но всё же я задевала концами перьев стены, когда рубила Змееносцев, не ощущая ничего, кроме желания как можно скорее угодить Кайону. Даже не обратила внимания, когда мне попали в бедро. Обидчик еще не успел прицелиться второй раз, как его отрубленная рука уже валялась на полу, а после прибавилась и голова.

Бой занял чуть больше минуты, но мне он показался непозволительно долгим. Последний Змееносец в своей бесполезной броне рухнул передо мной, разрезанный пополам и оскверняющий своей непонятной кровью пол этого храма. Я обернулась к Кайону, видя его немое одобрение в глазах и улыбку, ради которой готова была сразиться с сотней Змееносцев.

– Вот на что была способна моя армия, – с придыханием прошептал он. – Одна Гарпия чего стоит… наверное, Вселенная одарила меня, оставив её в живых.

Я улыбнулась ему, польщённая комплементом, и повернулась к оставшимся двоим мужчинам. Увиденное вдруг выбило из колеи: Оникс был смертельно бледным, держа в руках пистолет и не сводя с меня горящего взгляда, а Ориас… в его глазах был не ужас и не страх. В его глазах было разочарование и неверие. Почему они на меня так смотрят?

Я шагнула к ним, и Оникс выстрелил. Резкая боль пронзила плечо, заставив покачнуться и едва устоять на ногах. Горячая кровь пропитала рубашку, заставляя ткань отвратительно липнуть к телу. От второго выстрела меня спасло собственное крыло, пусть и неприятно запахло палеными перьями.

Кайон не вмешивался, молча наблюдая за мной и предчувствуя скорую расправу.

Я взглянула на посмевшего в меня выстрелить мужчину, ощутив, как внутри всё вздыбилось от ненависти и боли. Видимо, поняв, что я выбрала для начала его, Оникс изящным движением выхватил из рукава короткий изогнутый ножик. Он думает, это меня остановит?

Я встряхнула рукой, удивившись количеству крови на ней, но тут же забыв об этом. Крылья расправились, и одним мощным взмахом я оторвалась от земли. Ветер засвистел в ушах, заставляя мужчин отступать назад и прикрывать свободной рукой глаза. Тогда я и напала, ринувшись на Оникса и сбив его с ног. Он врезался в стену, упав в холодную воду и закашляв. Я не дала ему очнуться, вновь со всей силы ударив его об стену и заставив зайтись в кровавом кашле. Третий удар был бы для него смертельным, и, предчувствуя это, Оникс со всей силы ударил меня в живот. Я выпустила его, едва увернувшись от лезвия, но удар в грудь пропустила. Он откинул меня обратно на каменную площадку. Я не успела встать, когда на меня набросился Ориас, сев сверху и пытаясь схватить за руки. Перчатки выпустили когти, и я с особым наслаждением оцарапала его запястья, а после щёку, зарычав, когда он сквозь проклятия всё же схватил меня за руки. Резко выдохнув, я со всей силы ударила его головой по голове, чувствуя, как от неожиданности врас отпускает меня.