Звёзды, что же со мной не так?

4

4

Всё ещё пребывая в прострации, стараясь забыть изумрудные глаза с золотыми искрами, требовательные, желанные губы, приятную тяжесть мужского тела, я спустилась на первый этаж, не обращая внимания на вонь дешёвого пива, пота и сигарет. Однако даже среди этих запахов я учуяла лёгкий аромат мёда, ведущего к столам у стены с металлическими перегородками. Словно загипнотизированная, я прошла к единственному столу, незакрытому лёгкой переливающейся ширмой. За ним, угадывалась фигура враса, вальяжно расположившаяся на кожаном диване и с чёрной сигаретой между пальцами. Его полуприкрытые глаза лениво скользили по наполненному залу, задержавшись на мне, когда я задёрнула ширму.

Стараясь не обращать внимания на громко бьющееся сердце, старательно игнорируя присутствие Ориаса, я опустилась на диван, лицом к ширме. Между мной и мужчиной были жалкие десятки сантиметров. Кисточка его хвоста несколько раз задела мою ногу, заставив всё внутри содрогнуться. Накинув на голову капюшон и закрыв лицо маской, я сцепила на столе пальцы.

Ориас затянулся сигаретой, спустив с губ голубой дым, сверкающий в тусклом свете белых мигающих ламп. Тут правила полутень, едва давая разглядеть лица собравшихся. По ушам била непонятная, дающая надёжное укрытие от чужих ушей, музыка. Однако я всё равно не ощущала себя в безопасности, ёрзая на месте и нетерпеливо поглядывая на браслет, в котором отражалось время. Сколько нам ещё ждать хозяина этого заведения? Чувствую, если он не появится в ближайшие минуты, я сама пойду на его поиски.

Колена коснулась горячая ладонь, и ухо опалило дыхание враса.

– Успокойся. Твоя нервозность может нам помешать, – хрипло произнёс мужчина, и от его голоса мурашки пробежали по спине.

– Руку убери, – сквозь зубы произнесла я.

Ориас усмехнулся, но руку убрать не успел – ширма отъехала в сторону, и весь проход занял иномирец, с грузным сопением упав на кресло напротив нас. Я окинула взглядом бледно–серую кожу, лысую голову со множеством складок на шее, грубую, когда–то из яркой цветной ткани, но поблёкшую со временем, одежду. На толстой шее, плавно перетекающей в плечи, висели кулоны, ожерелья, нанизанный на нитку бисер. В общем, хозяин полностью копировал своё заведение внешне, и, чувствую, внутренне.

Линии лица были плавными, с маленькими, полностью чёрными глазами, внимательно окинувшими нас, тремя дырами носа и похожим на рваный шрам ртом, в котором поблёскивали сделанные из драгоценных металлов зубы. Мда, Цербер нервно курит в сторонке от такой красоты.