– Они живы. Все они, – негромко произнесла я, сев на подлокотник кресла и ощутив тёплую ладонь Лаи, успокаивающе опустившуюся на коленку. – Я это чувствую. Знаю. Как и то, что никто из вас меня не отговорит.

– Не все опытные пилоты возвращались из Белого Света… даже пираты туда не суются, – тихо заметил Цербер. – Одной тебе в Белом Свете нечего делать, Шпилька.

– Предлагаешь тебя взять? – вскинула бровь я. – Ты не настолько сильно меня любишь, чтобы увязаться в один конец.

– Поэтому, – не дав пирату ответить, вставил Айшел, – я сделал более надёжную связь, которая будет ловить даже в Белом Свете. Пришлось на неё потратиться, но мы будем тебя слышать даже тогда, когда отключится система. Конечно, если она отключится.

Что ж, меня это устраивало.

– Тогда перейдём сразу к кораблю, – кивнула я. – Чем он так хорош?

На губах Айшела показалась ленивая, полная превосходства, улыбка, отчего даже глаза замерцали.

– Ты не разочаруешься…

***

Голова гудела от количества информации. Я до сих пор не во всём разобралась, хотя идею Айшела уловила. С вероятностью на девяносто процентов корабль мог преодолеть сигналы, которые отключают систему, а так же расшифровать их и указать точное место, откуда они пришли. Конечно, это всё была теория, проверенная мимоходом на практике, однако шанс того, что всё пойдёт не так, как надо, оставался.

В запасе оставалось совсем мало времени. Завтра–послезавтра меня уже не будет на Файе. Возможно, я сюда больше никогда не вернусь. Не скажу, что обожаю этот дворец и жить без него не смогу, но, по крайне мере, я очень сильно привязалась к тем, кто тут живёт. К Дамесу и Айне, к Лаи и Уану, даже к Тхане и Йоли. Скажите: так и оставайся тут, зачем тебе лететь в неизвестность? Однако я десять лет собирала правду о себе, храня в памяти небольшие отрывки воспоминаний. И теперь, когда узнала про прошлое, хочу наконец–то узнать, есть ли у меня дальнейшее будущее. Жить и дальше, подобно Ониксу, в одиночестве, опустив руки и уже не пытаясь найти хоть кого–то оставшегося в живых из своей расы, я не смогу.

Помассировав глаза, я взглянула на собственное отражение, заставив себя улыбнуться.

– Великая Мать Орика, Ти'сш'А. Я знаю, что ты уже не надеялась получить от меня весточку. Между нами было много недомолвок, споров и пререканий. Твоя ненависть к Грандерилам вполне оправдана, и ты наверняка возненавидела их ещё больше, когда Ориас пришёл к власти. Однако теперь всё стало в порядке. Наверное, ты захочешь, чтобы я вернулась к тебе, но я не могу. Вместо этого я покидаю Файю и отправляюсь в Белый Свет – там находятся ответы на мои оставшиеся вопросы. Ты наверняка знаешь про это место, как и про то, что оно опасно. Когда до тебя дойдёт эта запись, я уже буду там, и ты меня не остановишь. Хотела бы я быть уверена, что всё пройдёт хорошо, однако ты сама понимаешь, на какой риск я иду. Меня не переубедить. Я всё решила. Но в этой записи я хочу сказать, что благодарна тебе за то, что ты воспитывала меня и учила. Да, возможно, я не идеальный ребёнок. Я много раз подводила тебя, и наверняка ты злишься и стыдишься меня. Однако я не жалею, что сделала. И что делала. В моей жизни было много ролей: убийца, твоя дочь, пират, наложница, рабыня, парламентёр и советник Императора. Единственное, о чём я жалею, так это о нашей последней разлуке. Я понимаю, что ты не хотела мне вредить, но и жить так дальше, не зная ничего о себе, я просто не могла. Надеюсь, ты меня поймёшь и простишь.