– Молодящее зелье, – выдала дедушку Лара.

Крэх, качая головой, бросил на неё порицающий взгляд.

– Неправда. Это всё магия любви.

Гостьи рассмеялись, а Лизелотта от смеха даже уткнулась дедушке в грудь.

– Это ещё кто?! – прогремел женский голос.

В дверях стояла взбешённая Вилда. Крэх скинул с себя девичьи руки, отскакивая в сторону.

– Дорогая, ты не поверишь… Но это тоже мои внучки.

– Тоже приёмные?

– На сей раз родные.

Явно принимая Вилду за знатную даму, Генриетта и Лизелотта присели в неуклюжем реверансе.

– Ты снова выпил? – проворчала Вилда.

– И правда, девочки, давайте выпьем! – оживился Крэх. – Заодно отметим встречу.

– Я возьму накидки. – Лара поспешила к Лизелотте, ожидая, что вместе с верхней одеждой та передаст ей шнурок с ключом.

– Я не успела, – виноватым голосом прошептала подруга.

Лара стиснула зубы и положила накидки на стул.

«Придётся вскрывать шкатулку силой», – подумала она, медленно отходя к спальне Крэха, которая тоже располагалась на первом этаже.

– Сколько ещё у тебя внучек? – драматичным тоном спросила Вилда. – Чтобы я знала, после какой по счёту девицы, с которой ты обнимаешься, приступать к твоему убийству.

Бывший ворон умоляюще глянул на Лизелотту и Генриетту.

– Внучки только мы, – ответила Генриетта. – Но есть ещё четыре внука, два правнука и две правнучки.

– Это не считая Лары – она нам не родная, – отмахнулся Крэх.