Однако теперь к Ван Уку присоединился ещё и четырнадцатый брат, который называл себя мужем Хэ Су.

Только… стала ли она его?

С трудом оторвавшись от любимого лица, Ван Со обвёл ищущим взглядом опрятный двор. Не похоже, чтобы Чжон находился неподалёку, да и слуги лишний раз не беспокоили свою госпожу.

Вокруг было пустынно и тихо, только северный ветер играл кронами сосен и трепал рукава ханбока Хэ Су. Ван Со оглядел большой добротный дом, ухоженный цветник и видневшийся за ним прудик, где среди кувшинок сонно покачивались уточки-мандаринки.

Его взгляд задержался на больших замшелых валунах, которые к пруду привезли явно специально, но здесь они смотрелись так уютно, что поневоле тянуло присесть на них и любоваться мандаринками в солнечных лучах.

От этого умиротворяющего уголка веяло таким покоем, что Ван Со вздохнул, вспомнив, как он когда-то мечтал жить в подобном месте с Хэ Су. Вдали от дворца и кровопролитий, не впутываясь в бесконечные интриги кланов и грязные игры престола.

Вдвоём. С ней. А потом и с их детьми.

Всё это было теперь так далеко и недостижимо, что он ощутил горечь на губах, а сердце кольнуло тоской по несбыточному.

Его безрадостные размышления прервал негромкий вскрик, и Ван Со вновь посмотрел на Хэ Су. Кисть выпала из её пальцев на землю, а сама она прижимала руку к груди и морщилась от боли.

Вмиг позабыв обо всём, он рванулся к ней, но ему наперерез из дома выбежал Чжон.

– Су, – закричал он, – почему ты вышла во двор? Холодный ветер может навредить ребёнку!

Ре… ребёнку?

Услышав это, Ван Со почувствовал, что в сердце его будто вогнали кривой зазубренный нож. Он окаменел от шока и лишь потерянно смотрел, как Ван Чжон хлопотал вокруг побледневшей Хэ Су, которая, постанывая, покорно отдалась его заботе. Её ладошки сжались в кулачки, она по-прежнему прижимала их к груди и тяжело, надсадно дышала.

– Вставай! Пойдём скорее внутрь!

Принц подхватил Хэ Су на руки и скрылся с ней в доме, а Ван Со ещё долго не мог пошевелиться, рискуя быть обнаруженным прислугой.

Всё это время Чжон находился в её доме и теперь нёс Хэ Су туда уверенно и легко, как будто это был и его дом тоже. А она жмурилась и прижималась к его плечу так доверчиво, как раньше прижималась только к нему, к Ван Со.

Его захлестнуло острое желание оказаться сейчас, в этот самый момент, на месте брата. Взять Хэ Су на руки, ощутить приятную тяжесть женского тела и цветочный аромат волос у своего лица. Почувствовать, как она дышит ему в шею. Заботиться о ней, любить её. Просто – любить…

Ван Со с силой зажмурился, прогоняя воспоминания, ставшие мечтой, и тут же ржавый клинок в его сердце повернулся, напомнив о себе резкой болью.