Спины моих ещё недавно спутников уже почти исчезли из виду. Не знаю, услышали ли они меня.

Так или иначе, надеюсь, им повезёт.

* * *

Комнату мне Эдзе выделяет раза в два меньше той, которую я считал своей спальней в съёмной квартире в Дуброве. Из крошечного круглого окошка, криво вырезанного в стене из крупного камня, открывается вид на бескрайние просторы Огненных земель и на покосившийся крест, воткнутый в небольшой и явно созданный чьими-то руками холм.

— У тебя кто-то похоронен на заднем дворе? — спрашиваю я.

Скрипят половицы, когда Эдзе подходит ближе.

— Допустим.

От него нестерпимо пахнет горечью сигарилл, кислотой выпитого алкоголя и спаленным в печи мясом.

— Кто?

— Старый друг.

Любопытство включает подозрение. Есть предположение — нужно либо убедиться в том, что я понял Эдзе правильно, либо в очередной раз в нём разочароваться. Выхожу из комнаты и из дома. Бреду к могильному холму. Там присаживаюсь на корточки, стряхиваю осевший на небольшую табличку песок и читаю вслух:

— «Я, как и сотню лет назад, всё ещё верю в то, что ты должен был стать великим. Прости, что оставил тебя, когда был больше всего тебе нужен. Это было интересное приключение».

Ни дат рождения и смерти, ни имени похороненного в земле табличка не содержит. Только это странное послание и крошечный перевёрнутый крестик в углу. То ли «плюс» под наклоном, то ли буква «х».

— Х…

Протягиваю руку, чтобы коснуться верхушки могильной горки. Не знаю, зачем. Просто почему-то хочется. Кончики пальцев утопают в земле, и меня словно током пробивает до самых костей. Перед глазами всё плывёт, и я падаю назад.

— Защитная магия, — раздаётся позади голос Эдзе. — На всякий, знаешь ли, случай.

— На какой? — уточняю я. Ладони саднит. Я сжимаю челюсть, когда вытаскиваю из кожи впившиеся острые кусочки камней. — На тот, когда мертвецу зачем-то вздумается восстать из мёртвых?

— Может быть, — Эдзе пожимает плечами. — Христоф был парнем очень непредсказуемым.

Я на пару секунд немею. Догадка подтвердилась, но удивления всё равно не избежать..

— Здесь похоронен дядя? — спрашиваю, уточняя.