Даже я понимала — не стоит исключать возможность конфликта, который легко сможет изменить решение Дмитрия не в нашу сторону.

— Идём, — произносит Нина, вырывая меня из раздумий. — Нас уже заждались.

Портал расположен немного дальше края моста, но Нина всё равно предложила разбежаться, чтобы минимизировать возможность соскользнуть вниз. Я прикидываю, достаточно ли далеко мы отошли. Три или четыре метра. Если брать в расчёт скорость моего бега, силу ветра и возможное искажение пространства, о котором рассказывал Ваня, то… чёрт знает.

Болью в затылке отзывается воспоминание о первом проходе через призму. Я снова чувствую солёную воду во рту и то, как она мягко обволакивала моё тело.

— Слава, пора.

Срываюсь с места и в этот раз не закрываю глаза, проходя через вязкое пространство. Только задерживаю дыхание, когда нахожусь одновременно и в двух мирах, и где-то между ними. Секунду спустя больно приземляюсь на одно колено. Быстро встаю и делаю шаг в сторону, вдруг Нина не будет выжидать или сразу отправится следом.

Дмитрий стоит перед мостом. Бен, Ваня и Саша обступили его и что-то рассказывают, но Дмитрий их не слушает, по крайней мере теперь, когда видит меня. Его скрещенные на груди руки опускаются вдоль тела. Я пытаюсь изобразить на лице непринуждённость, а походке придать уверенность с помощью выпрямленной спины, но из-за тупой боли в колене первые шаги я делаю, прихрамывая.

Эффектные появления — явно не мой конёк.

— Здравствуй, — произносит Дмитрий на выдохе, когда я подхожу.

Раньше, чем я отвечаю, он обнимает меня за плечи одной рукой.

— Привет, — говорю я.

Он отстраняется. Улыбка с лица сходит, когда его взгляд падает на мою шею. Точнее, на полоску пластыря.

— Что это?

— Ерунда.

Дмитрий окончательно меня выпускает, оборачивается на ребят.

— Ты, кажется, сказал, что кроме Марка никто серьёзно не пострадал?

Не знаю, к кому он обращается, но отвечает Ваня:

— Это просто царапина.

Сейчас так и есть. Даже если Дмитрий потребует доказательств, я смогу без опаски отлепить пластырь и продемонстрировать ему ровный, уже схватившийся шов, от которого даже шрама не останется, благодаря Ване и чудодейственным мазям.

— Здрасте, капитан! — из-за моей спины выходит Нина.