— Вы же закрыли свой мир от нашего, — говорит Бен удивлённо. — Как ты здесь оказался?

— Закрыли от вашего, но проходы в другие миры остались, в том числе и в Волшебные земли, которые с вами связаны. Я…

Бронберт обрывает сам себя, плотно поджимая губы и закрывая глаз. Его дыхание сбивается, становится рваным и частым. Бен хватает меня за кофту на спине и тянет назад.

— Если он сейчас нас сожрёт, я достану тебя на том свете, — говорит он.

— Я не верю в рай, ад и прочую чепуху, чтоб ты знал, — парирую я.

Вспоминаю об оружии я внезапно, когда рука уже сама тянется к нему на поясе.

И как по команде, Бронберт тут же успокаивается.

— Я в порядке, — шипит он, опуская голову.

Капли пота стекают по его подбородку и падают на пол.

— Мы вытащим тебя отсюда, если ты обещаешь держать себя в руках, — говорю я.

— Ты серьёзно? — Бен, кажется, не верит своим ушам.

— Да. Он может быть нам полезен.

Снова приближаюсь к клетке, в этот раз протягивая вперёд обе руки, как бы приглашая Бронберта к себе в объятья. Он делает первый шаг и тут же валится с ног. Я успеваю подхватить его за подмышки и удивиться, какой он тяжёлый по сравнению с тем, как выглядит.

Бен, нехотя, — (что прекрасно выражено на его лице и до ужаса портит непривыкшее к отрицательным эмоциям лицо Алексея), — помогает мне, подставляя для Бронберта и своё плечо.

— Ну, и как ты хочешь вернуть нас наверх, да ещё и с таким грузом? — спрашивает он, поднимая голову к дыре в земляном потолке.

— Нужно осмотреться. Тут наверняка есть лестница. Не умеет же Христоф летать.

— Ой, — Бен трясёт головой. — После всего, что произошло, я бы этому уже не удивился.

* * *

Сижу в коридоре на полу, прижавшись спиной к стене. Вася велел всем выйти из комнаты, стоило только уложить Бронберта на кровать. Он даже вопросов не задал, что уж говорить о позволении нам самим всё объяснить.

И от этого мне неспокойно.