* * *

Немые вопросы, вопросительные взгляды и осуждающие покачивания головами: всё это меня больше смешит, чем задевает. Так и хочется воскликнуть: «Глупцы! Когда вам придётся бежать ради спасения ваших жизней, вы тысячи раз проклянёте свои красивые платья и накрахмаленные пиджаки!». Но я держусь. Лишь сканирую толпу взглядом в поисках Роди. Нахожу его, разговаривающим с какой-то черноволосой девушкой. Она стоит ко мне спиной, и её лица я не вижу, но на ней платье защитницы. Рядом маячит юноша, явно не заинтересованный в беседе. Он в красном костюме. Когда он поворачивается вполоборота ко мне, я едва не роняю бокал, из которого последние пару минут лениво попивала безалкогольный напиток из неизвестных мне ингредиентов. Это Богдан, отец Власа и бывший лучший друг Христофа. Сейчас они уже не общаются; их пути разошлись, когда Рис начал медленно сходить с ума, одержимый своей идеей.

Гадать за личность черноволосой девушки теперь уже не приходится. И когда она отходит от Роди, ведомая своим кавалером куда-то в другую компанию, я лишь подтверждаю свои догадки. Асе сейчас, должно быть, столько же, сколько и Христофу. Интересно, во сколько лет они с Богданом обвенчаются, и когда на свет появится Влас? А главный вопрос: Христоф предупредил их или специально оставил в неизвестности, потому что хотел, чтобы они стали свидетелями его извращённого успеха?

Я опустошаю бокал залпом и оставляю его на подносе первого проходящего мимо официанта.

— Эй, незнакомка.

Передо мной возникает Рис. На нём костюм в тон и фасон с моим. Мы бегло осматриваем друг друга. Рис первым реагирует — довольно хмыкает, ерошит свои волосы. Разводит руки в сторону.

— Мы великолепны, — заключает он. Подходит ко мне, хватает за руку и заставляет меня покружиться вокруг себя. Я только и успеваю, что придержать пальцами блузон, чтобы он не задрался и не продемонстрировал окружающим спрятанное от глаз оружие.

— Не то слово, — отвечаю я.

Рис подмигивает мне. Наклоняется ниже, шепчет на ухо:

— Твой кавалер сейчас дыру во мне прожжёт.

И то верно. Родя, к которому я так ещё и не присоединилась, теперь не сводит с нас пристального взгляда. Он хочет подойти, ведь я должна ему первый танец, но он не сделает этого, пока Рис не оставит меня.

— Я должна ему танец, — говорю я.

— А что насчёт моей пары? — спрашивает Рис, заглядывая мне в глаза.

Я почти отказываю ему, ссылаясь на то, что возможность потанцевать, благодаря ему самому, у нас будет только одна, но вместо этого захожусь в кашле в попытке скрыть осознание: я совсем забыла о Розе. Бросаю взгляд в сторону Роди и вижу, что он сам больше не обращает на нас внимания: машет кому-то в стороне, весело улыбаясь. К нему подходит прекрасная девушка в молочно-розовом платье, с собранными в золотой пучок волосами и глазами, украшенными не косметикой, а счастьем.