Следующим в сарай вошел мистер Холланд. Он направился к своему сыну.

— Мне очень жаль. Он был хорошим парнем. Мы будем помнить о нем, как помним о всех остальных.

Коул резко кивнул, и еще одна слеза скатилась по моей щеке.

— Позаботься об Али, — сказал он, и пустота в его голосе разбила мое сердце до конца жизни. — Ей сегодня сильно досталось.

Помолчав, мистер Холланд похлопал сына по плечу.

— Как скажешь. — Он повернулся ко мне, промыл мои раны и перевязал их так аккуратно, насколько это было возможно. — Я слышал, ты спасла кое-кого сегодня вечером.

— Мы все это сделали.

— Скромная? Неужели? Никогда бы не подумал. — Он выбросил окровавленные бинты в мусорку рядом с моей койкой. — Значит, Маккензи сама выбралась из толпы зомби? И Лёд тоже?

— Я сделала то, что должна была, то, что любой из ребят сделал бы для меня.

— Да, но ты сделала это без тренировок.

Я вздохнула.

— Это та часть, где ты обвиняешь меня в работе с плохими парнями?

Уголки его губ дернулись, также как у Коула.

— Нет. Ты не знала, куда тебя везут, поэтому ничего не могла сделать. Костюмы преследовали зомби, а зомби преследовали тебя.

Кстати…

— Что они сделают с этими зомби?

— Кроме того, что запихнут их в человеческие тела? Хотел бы я знать.

После этого он отошел от меня. Вся команда погрузилась в тягостное молчание, каждый погрузился в свои мысли. Если бы только я могла сказать что-нибудь, чтобы утешить их, но вспомнила свое презрение к врачам, медсестрам, друзьям и родственникам, которые предлагали мне нелепые банальности после аварии.

"Все будет хорошо". Да, они продолжат сражаться, но никогда не забудут о том, что в любой могли погибнуть.

"Время исцеляет". Потерять любимого человека — то же самое, что потерять конечность. Ты всегда будешь чувствовать, что чего-то не хватает.