Трина ела сэндвич и даже не взглянула на Кэт.

— Тебе обязательно лезть в каждую ссору? — спросил Лёд Кэт. Он сидел рядом с Маккензи, а теперь рядом с Триной… и пытался отодвинуться от нее, как будто ему была невыносима мысль о том, что Кэт увидит его рядом со своей предполагаемой спутницей. — Али сама справится.

— Ты слышишь это надоедливое жужжание? — спросила она меня, не обращая на него внимания.

Он устало покачал головой.

— Ты такой ребенок, кошечка Кэт.

— Бжжж, бжжж.

— Не понимаю, что я в тебе нашел, — сказал он.

Она ахнула и бросила апельсин ему в голову. Он легко увернулся.

— Ты видел все мои замечательные качества, придурок!

Лёд громко рассмеялся.

— Уверена, что они у тебя есть?

— У меня их много, и ты это знаешь!

Официально они не встречались, но каждый, кто видел их вместе, понимал, что они принадлежат друг другу. Она заставляла его смеяться, как мы уже видели, выводила его из депрессии из-за Брента, а он отвлекал ее от беспокойных мыслей. В последнее время она слишком часто была бледной и молчаливой, но когда я спрашивала, она отмахивалась от меня и меняла тему.

Я не знала, что с ней делать. Да что там, я в принципе не знала, что мне делать.

* * *

Позже в тот же день я снова оказалась на боксерском ринге с Коулом, мы оба были в форме души, наши тела лежали на койках, но я была слишком рассеянной, чтобы чему-то научиться. Я думала о Кэт и вспоминала некоторые из наших разговоров, пытаясь понять, что с ней может быть не так.

Уход Рен и Поппи не тревожил ее.

— Честно? Я ожидала этого, — сказала она. — Просто надеялась, что они с первого раза поняли, насколько ужасна их жизнь без меня.

Она пропустила еще несколько дней в школе, но когда я спросила почему, она ответила: