И тьмы.

Выла демоница. И голос её, отражаясь от стен, вызывал дрожь. Снова посыпалась каменная крошка. И… и это больше не имело значения.

Никакого.

— Ричард, — я коснулась его лица. Такого спокойного. И еще он улыбался. Смотрел на меня и улыбался. Придурок! У него меч в сердце.

Кто улыбается с мечом в сердце?

Я коснулась рукояти. Жжется.

— Нет! — тварь, укравшая чужое лицо, перехватила руки. — Ты не понимаешь… он должен умереть! И тогда… тогда…

— Тогда откроется путь, — произнесла демоница, оборвав крик. Только камень продолжал сыпаться.

Пылью.

— Куда?

Я прижала ладонь к его щеке. И смахнула чужие руки. Плевать. Меч я вытащу… и… это эгоистично и неправильно. И думать надо о благе мира. Думать…

— Он запечатан кровью. И кровью может быть открыт.

— Чьей? — рядом со мной опустился кто-то?

Летиция?

И сестра её. Сейчас они похожи до того, что кажутся отражениями друг друга.

— Вашей… вы можете… вы ключ…

— Это…

— Я потом расскажу, — я все-таки взялась за рукоять меча. Как же он жжется. И огонь пробирает до костей. И больно, но… но я должна.

Вытащить.

И тьму успокоить. Может, если вытащу, то она вернется и… и с нею демон? Тот самый, который прятался внутри? Скорее всего. Тогда он убьет нас, а потом уничтожит мир. И это ведь аргумент, чтобы не трогать меч.