Я положила ладонь на дверную ручку.

Кот зыркнул на меня с загадочным видом:

– И к этому тоже. Удачного дня.

Он исчез – а я открыла дверь и вошла в сумрачный зал.

Шторы были задернуты, словно никто не собирался обживать эту комнату. Распахнутый зев камина закрыли ширмой. Зеркало-дверь тускло блестело, сразу и не поймешь, что там стекло, а не продолжение анфилады.

Как иронично, подумала я, осторожно постучав костяшками пальцев по дверному косяку.

Ответа не последовало. Я потянула дверь на себя и вошла внутрь.

Эта комната тоже оказалась пустой, почти сиротливой, только вот окно, одно из двух было открыто, словно кто-то решил выпустить отсюда всю затхлость, накопившуюся за многие месяцы. Ни картин на стенах, ни книгах на полках, ни всей той красивой ерунды, которую собирают вокруг себя богатые люди.

Кондор сидел, закинув ноги на пустой письменный стол, и смотрел на второе, закрытое ставнями окно так, словно пытался прожечь в нем взглядом дыру.

Он заметил меня прежде, чем я успела откашляться или еще раз постучать по стене.

– О, леди Лидделл, – сказал волшебник и улыбнулся. Улыбка, впрочем, почти сразу исчезла, словно у него не было сил удержать ее на лице. – Ты что-то хотела?

Я достала из кармана письмо и протянула ему, подходя ближе.

– Вот. Я согласилась.

Он чуть поднял брови, выражая притворное изумление, и забрал конверт, небрежно зажав его между пальцев.

– Замечательно, – Кондор убрал ноги со стола и встал. – У тебя нет сургуча? – спросил он, когда заметил, что конверт не запечатан.

– Я думала, ты прочитаешь его, – ответила я, пряча руки за спину.

– Я не собираюсь проверять, справилась ли ты с заданием, милая, – сказал Кондор ехидно и положил письмо на угол стола, прижав его пальцем. – И это было не задание.

Я едва не вспыхнула.

– Но разве правила этикета не требуют оставить письмо незапечатанным, если просишь кого-то его передать?

Он кивнул и посмотрел на меня сверху вниз, ожидая, что я еще скажу.