— Вон, возвращаются, — махнула куда-то рукой Багена.

В той стороне и впрямь нарисовалась стайка молодых северян: рыл с десяток. Все такие серьёзные, будто у них сейчас экзамен по сопромату. Что это за хрень, Руана знать не знала. Но, если к отцу приходили старые друзья по институту, они под водку костерили этот самый сопромат в хвост и в гриву.

Впрочем, заметив у своего «стола» императора, яраны с яраниями мгновенно оживились. Такой карнавал на мордах изобразили, что ноги сами в пляс идут — артисты погорелого театра. Дальше образовалась небольшая суета с перекочёвкой всей компании к импровизированному рингу. Вытоптанному в регулярных праздничных стычках под ноль — что называется, траве не расти.

И само собой, венценосному тут же предоставили возможность сделать ставку. При этом на ринг вышли не сопляки-волчата, а матёрые тигры — откуда и взялись-то?

Поначалу величество взирал на разогрев бойцов сквозь пальцы. Больше пытался уболтать Руану посетить его личные покои. В которых чего только нету! И всё ей до зарезу приспичило поглядеть-пощупать — он точно знает.

Яраны старались не обращать внимания на королевскую длань, опоясавшую талию Урховой подруги. На его губы, шевелящиеся у самого её ушка. На масляный блеск его глаз, обещавших пока ещё официальной девственнице феерию ощущений в королевских объятьях. Руана уже начала беспокоиться по поводу безопасного отхода куда-нибудь в тыл мероприятия. Но события на ринге выручили бестолковую соблазнительницу владык мира.

Поначалу вкрадчиво крадущиеся по кругу бойцы лишь изредка демонстрировали внезапные наскоки-отскоки. Но теперь, разогревшись, взялись за дело всерьёз. В принципе, красиво — оценила Руана их танцевально-бойцовскую композицию. Можно было бы и посмотреть — она покосилась на запрыгавшего в ажиотаже монарха. Кабы не пришла пора линять.

Ажиотаж венценосного посвящался не ей — хотя его рука всё ещё находилась на талии. Руана аккуратно подалась в сторону — монаршия длань соскользнула с неё. И тотчас взметнулась вверх, потрясая кулаком. Он заорал, как полоумный, поминая, демонов, колченогих уродов и казни египетские тому, кто лишит его выигрыша. Вожделенный секс отошёл на двадцать второй план.

— И правильно, — пробормотала Руана под нос, одобряя выбор своего кавалера.

Она потихоньку отползала от ринга, лавируя между активно жестикулирующими телами. Путь на волю был извилист и тернист: об неё то и дело тёрлись ходящие ходуном локти. И что примечательно: болельщикам сногсшибательно плевать на её сексуальное платье. Свиньи неблагодарные: она все руки исколола, добиваясь результата.