— Хотим наказать мать Лагуйры. За её очередную…

— Брось, — поморщился Буг-Яр, одарив таарию суровым взглядом: — Ты! Прекращай мне портить девчонку.

— Её? — иронично улыбнулась Руана, покосившись на тигрицу.

Которая даже в своём фривольном платье выглядела угрожающе опасной.

— Именно её, — хмуро подтвердил старый тигр. — Она, конечно, свернёт шеи десятку тааров за раз. Но ты, заноза, свернёшь мозги сотне таких, как она.

— Мы всего лишь хотели проучить старую стерву, — примирительно прощебетала Руана.

— Не за что её учить, — проворчал Буг-Яр. — Это не она.

— Кто? — потребовала ясности Багена.

— А ваш друг не предупредил? — язвительно осведомился старый воин и буквально выплюнул с неописуемым презрением: — Таа-Жайгер.

— Отец малютки Бли, — пояснила тигрица для непосвящённых.

— Той, что не понимает своего счастья? — вспомнила Руана лекцию Викрата. — Не желает вкусить императорских ласк?

— Уже вкусила, — хмыкнул Буг-Яр, запустив пальцы в свою короткую бородку, напоминавшую щётку для обуви. — Пару дней назад.

Руана пыталась сообразить, что за мотивы для убийства у папаши неуступчивой девы:

— Теперь Таа-Жайгер боится, что и я полезу вкушать? Он что, ненормальный? Я-то не просто девочка из высокородной семьи. Я вроде как таария. Обладаю разрушительным талантом. Могу ему целый замок в труху сточить. Что-то мне слабо верится в его виновность.

— Это он, — отмахнулся супер лазутчик. — Оба слуги указали на него. Придурки не посмели отказать. Вдруг он станет дедом императорского наследника?

— А, если врут? — всё никак не верилось Руане. — У него дочь только-только залезла в постель императора. И будет желанна ещё какое-то время. Пока не надоест единственному, у которого далеко не единственная. У папаши сейчас самый сенокос. Он столько личных проблем может разрешить. Но за каким-то демоном полез травить меня в толпе яранов. Где, между прочим, разгуливают такие лисы, как ты.

— Сенокос, говоришь? — хохотнув, переспросил Буг-Яр. — Ну, точно: сенокос. Оттого он и поторопился. Боялся, что его малютка вылетит из постели Бруста, едва ты туда прыгнешь. Не ищи глубокомысленности там, где её нет, — посоветовал мудрый старик. — Дурак не башкой мыслит, а своими страхами. Или жадностью.

— А что со змеем? — оборвала Багена их философский диспут.

— Сдох, — казалось, ничуточки не расстроился Буг-Яр. — Успел сглотнуть свою пакость. Видать, перед нападением сунул под язык. Ну, что, девки, не надоело трясти сиськами впустую?

— А что, ими можно потрясти с пользой? — машинально съязвила Руана, обдумывая всё сказанное.