— У вас всё получится. Ты сумеешь.

Затем почтительно кивнула монархам и легкой походкой аристократки поплыла вслед за мужем.

Руана же поймала направленный на себя прищур Радо-Яра и проворчала:

— Получится, как же. Он прямо горит желанием постараться.

— Мне ты не нужна! — ледяным тоном отчеканил этот гордый, етить-колотить, римлянин.

Цезарь, прущийся в Сенат без бронежилета и огневой поддержки.

— Значит, я со спокойной душой могу выйти за другого, — безмятежно отозвалась Руана. — Вели-Яр, ты, кажется, имел на меня виды? Я согласна.

Вообще-то особенно на его смекалку не рассчитывала. Но умничка Вир не подвёл. Тряхнул башкой и голосом, преисполненным победного торжества, изрёк:

— Ты сделаешь меня счастливым на всю оставшуюся жизнь.

Развод так себе. А для такого умника, как Радо-Яр, и вовсе шито белыми нитками. Но этот Цезарь внезапно доказал простейшую истину: и на старуху бывает поруха. Руана не учла размеры и насыщенность его ревности. Он дико сверкнул синими глазищами и ляпнул:

— Нет!

— А другой твой брат? — с видом привередливой покупательницы осведомилась она.

— Хватит! — выдохнул назл, сообразив, что эта зараза с него не слезет.

И что уж ей-то категорически точно плевать на их заморочки с честью и традициями северян.

— Так! — рявкнул император, притопнув ногой. — Мне всё это надоело! Или вы оба принимаете окончательное решение, или я…

— Мы вступаем в брак! — пришлось повысить голос Руане, дабы переорать разбушевавшееся величество.

— Точно? — моментально утихомирился монарх.

— Да. Мы тут подумали, и я решила: пора, — припомнилась ей хохма, широко распространённая на её Родине.

А здесь вызвавшая уже приевшуюся реакцию: кто-то захмыкал, а кто-то и беззастенчиво заржал.

— Бедный мальчик! — демонстративно посетовал во весь голос верховный советник Таа-Дайбер. — Надо ж было свалиться такому счастью.