После того как под сводами дворца, средь гирлянд из благоухающих белых роз, отзвенело эхо последних отголосков её песни, Далард вновь галантно предложил своей госпоже руку, и вместе они сошли по мраморным ступеням – прекрасные, как новобрачные у алтаря.
Трижды звонко хлопнув в ладоши, менестрель Деандр объявил торжественно:
– Первый танец! Да будет благословенна наша Светлейшая и Прекраснейшая миледи Лиэлид!
Пространство, прежде образовавшееся вокруг хозяйки замка и её спутника, раздалось ещё больше. Зазвенела музыка нежная и сладкозвучная, как шёпот первых весенних дождей.
Настя пока не знала, как принято танцевать на здешних балах, но смотрела и запоминала. Дивные движения нельзя было отнести ни к вальсу, ни к менуэту, ни к кадрили. Но плавное скольжение двух юных прекрасных тел никого бы не смогло оставить равнодушным, тем более Романову – ведь она-то знала толк в настоящих танцах!
У Насти уже была возможность восхититься красотой Лиэлид, теперь же ей предоставлялся шанс разглядеть Даларда.
Высокий, широкоплечий, настоящий атлет. Рыцарь был из тех, кого даже в ранней юности хочется называть
Ясные серые глаза – честные и немного грустные, красивые и добрые. Этакий «собачий взгляд», исполненный преданности и тоски.
Далард был красив и
Выражаясь языком Эливерта и ребят из его вольницы, его хотелось назвать
Но, в то же время, не было в нём чего-то такого, что бросалось бы в глаза и цепляло раз и навсегда, кроме небесно-лазоревого плаща и богатырского роста.
Да, высокий. Да, статный. Да, хорош собой. Но…