Талвар в сердцах сплюнул. Он был сумрачен и избегал смотреть в глаза.
– Знаю, – глухо отозвался Кайл. – Догадался уже…
Горло словно тиски сдавили. Не осталось сил на слова.
– Но старика Талвара не провести, – продолжил рыцарь тихо. – Я всё понял, там … на поляне… У этого сопляка силёнок даже на то не хватило, чтобы свой нож из туши выдернуть. Но сначала мы поверили… Все мы. Затмение какое-то нашло! И я ведь тоже поверил, мальчик! Поверил, что ты мог бросить в опасности! Да ещё кого? Отца! Ведь ты рос на моих глазах, ведь знаю, что душа твоя из стали выкована. Как же посмел я усомниться? Да разве мог ты ради бахвальства пустого так безрассудно опасности подвергнуть себя или других! Теперь те, кто посмышлёнее, сообразят, что случилось на самом деле… А другим я разъясню. Но он не остановится. Он и миледи Келэйе наплетёт. Езжай первым, скажи ей, как было, скажи правду!
– Не могу, – хрипло отозвался Кайл. Резко поднял голову, болью и отчаяньем сверкнули синие как море глаза. Но Талвар не отвёл взора. – Не могу первым принести эту весть!
– Тогда я скажу ей… – тяжело вздохнул седовласый воин.
– Нет! Ты будешь молчать! Я поклялся милорду Ратуру, что она никогда не узнает о том, как умер её отец. Это была его последняя воля. И я исполню её.
– И миледи станет винить тебя! А двуличный сопляк Шеали чистеньким выйдет, утешать её станет… Не бывать этому!
– Это воля твоего владетеля. И ты не посмеешь ослушаться! Келэйе и так хватит горя, не надо делать ей ещё больнее!
– С каким превеликим удовольствием я свернул бы шею этому напыщенному петуху! – сквозь зубы прорычал Талвар.
– Тише! Не бросайся такими словами! – хмуро промолвил Кайл. – Я и сам поступил бы так, но нам с тобой следует проявлять больше почтения к милорду Шеали. Теперь он наш повелитель, а мы – его верные слуги.
Талвар поглядел на него так, словно полукровка спятил. Потом, видимо, осознав сказанное, тряхнул седой шевелюрой, словно дурной сон отгоняя.
– Нет уж! Я служил Ратуру, но Шеали мне не владетель. У Эруарда есть хозяйка – миледи Келэйя. Я буду верен ей, но не убийце моего милорда! Я тоже должен исполнить его последнюю волю. Я слышал, что сказал, умирая, мой господин. Он велел не забывать о почтении к его дочери, и я не забуду. Как и любой из моих людей. А ещё он сказал, что тебя он считал за сына. И если кому и стать хозяином Эруарда, так тебе, Кайл.
– Я просто раб, Талвар.
– Больше нет! Ты – свободный. Все слышали это. Ты –