ОН ЖИВ!
Её Кайл жив. Эта безмозглая Эулина напрасно её напугала.
– Это ж его голос? Северянина? – удивлённо крякнула Данушка за спиной у Романовой.
– Да! Да, это его голос! Это он! – сглатывая застрявший в горле комок, воскликнула Настя, даже не пытаясь погасить расплывшуюся по лицу блаженную улыбку.
– Видно, одолел он чудище, – удивлённо и радостно заявила хозяйка дома. – Права была моя Альда – рыцарь-то… и впрямь всем рыцарям рыцарь! Эулина,
Громкий стук в дверь повторился, и Настя поспешно схватилась за тяжёлый засов, сдвинуть который одной ей было почти не под силу.
Вдова-соседка тотчас оказалась рядом. Но вместо помощи Рыжая внезапно получила новую порцию сопротивления.
Эулина схватила её за запястья и зашептала быстро, зло, затравленно:
– Постой! Клянусь, я мёртвым его видела! Не открывай! То не рыцарь твой, то нежить. Его сожрала, а теперь по наши души явилась. Это мороки. Голосом его говорит нарочно, дабы дверь мы открыли…
Настя замерла, усомнившись на одно мгновение.
– Дэини, впустите меня! – снова раздался нетерпеливый голос Кайла с той стороны. – Не слушай её! Это я.
– Не верь! Нечисть там, – зелёные глаза Эулины смотрели с мольбой, их переполнял слепой животный ужас.
Настя раздражённо выдернула свои руки из её цепких пальцев.
– Чушь! Это Кайл. Я знаю это. Отвяжись!
Романова снова потянула тяжеловесный засов в сторону, но Эулина и не думала сдаваться – она повисла на её плече, всячески мешая.
– Не смей! Ты нас всех погубишь! Данушка, помоги мне!
– Отцепись, дура! Не лезь!
Истерика невежественной деревенской бабы уже по-настоящему взбесила Настю, и она с силой оттолкнула вдову. Благо, та в росте и комплекции Романовой значительно уступала.
Эулина отлетела в сторону, Рыжая, не теряя времени, дёрнула неподдающуюся задвижку. Ещё чуть-чуть, и…