– Думаю, в ближайшем будущем мы исправим это недоразумение, – улыбнулась женщинам.

– Обязательно исправьте, графиня. У вас такой красивый дом.

И красивый муж, добавила бы я. Если бы Вик дал хоть малейший повод для ревности, у половины этого «цветника» не хватало бы клоков волос. Можно подумать, я не знала, зачем они к нам стремятся.

– Непременно, – пообещала дамам. На самом деле, стоило бы пригласить гостей. Действительно, статус надо поддерживать. Виктор на это плевал, но у нас дети, им еще жениться. Так что придется поговорить с Виком.

К счастью, посиделки закончились, и я поехала домой. Вопреки ожиданиям, муж нашелся дома. Он сидел в гостиной и листал какие-то бумаги. Вряд ли по работе, иначе нашла бы его в кабинете. Скорее, чьи-то заметки.

– Ты сегодня рано, – улыбнулась ему.

– Это ты поздно. – Виктор поднялся навстречу и коснулся губами моей щеки. – Что, привезла свежую порцию сплетен?

– О, да! – рассмеялась я и села на диван рядом с ним, забравшись в уютные объятия. – Любовники, любовницы. О чем еще можно говорить в высшем свете?

– И то верно. К каким же выводам вы пришли?

– Что нам с тобой надо устроить бал.

– Не вижу взаимосвязи. – Теперь уже смеялся Вик. – При чем тут чужие любовники к балу?

– Говорят, мы живем как затворники.

– Видимо, им просто не о чем побеседовать, кроме нас. Хорошо, бал так бал. Только зови сразу всех. Пусть наглядятся на нашу семью еще года на три.

– А у тебя что нового? – Я прижалась к Вику и слышала, как бьется его сердце.

– У меня? Эд приходил, – вздохнул Вик.

– И? Что-то случилось? – Тут же подняла голову.

– И да и нет. Если ты о Рейдесе, он жив-здоров, его и проклятие не возьмет, обожжется. Но у него с разницей в неделю пропали двое подчиненных, вполне сильных темных мага. Оба мертвы. Где и как – неясно. Отправил ребят прочесывать город. Может, что и найдут.

– Вик, – крепче сжала его руку. – Каждый раз, когда ты рассказываешь о новом деле, у меня сердце уходит в пятки.

– Я знаю, Анжи. Обещаю, зимой выйду в отставку и буду сидеть безвылазно дома.

Он снова заключил меня в объятия и прижал к себе.