Девушка задумчиво поглядела на стремящееся к горизонту солнце в рваной пелене облаков, провела пальцами по амулету, висящему на шее. Монетка с кривыми краями, которую она нашла на руинах Нороэша, будто бы отозвалась на прикосновение.

А ещё она любила кровь. Напитавшись кровью, амулет становился тёплым, словно бы оживал. И Безымянная вновь слышала голос, эхом прорывающийся к ней откуда-то издалека, но пока не могла различить слов…

Бывшая монахиня перевела взгляд на лошадиный труп, преградивший ей дорогу. Мастью животное походило на того единорога из сна. И тем сладостнее были ночные труды Безымянной…

Ах, как горяча оказалась кровь чёрной кобылы! Девушка ощущала эту силу, казалось, самими руками, вновь и вновь погружая пальцы в вязкую алую влагу.

Безымянная обошла застывшую в тёмной луже конскую тушу, перешагнула обезображенное тело конюха, с ухмылкой пнула в бок бездыханную монахиню в синем облачении.

Монахиня была одной из многих. Весь двор монастыря Единого устилали беспощадно растерзанные мёртвые тела людей и животных.

Сил было меньше, и всё же для проведения ритуала их хватало вполне. Когда-то девушка, что отказалась от своего имени, по доброй воле пришла на заклание. Теперь же Безымянная считала своим правом и долгом самой собирать кровавую жатву.

Это была жертва, предназначенная безымянной силе. Они погибли, чтобы она воспряла.

* * *

— Тише ты, — Весел опустился на колени подле Петра и, крепко обняв его за плечи, повторил: — Тише-тише…

Братья спрятались за собачьей конурой, но лужа крови, растекаясь всё шире по двору, почти достигла и их. Тогда Петр, до того впавший в оцепенение, принялся беззвучно рыдать. Мальчик трясся всем телом и беспрестанно шептал имя дяди…

Успокаивая брата, Весел наблюдал, как полыхает их хата. Простая магическая аура, которую мальчик изучил в школе чародеев Сильвилта, защитила братьев от жара и от пристального взгляда поджигателя.

Дядя Вигор не пожелал молча наблюдать, как разоряют их хозяйство. Но ни остальные жители деревни, ни верный пёс не помогли ему.

На этот раз с охотником не было чародейки, и никто не встал на пути у негодяя. Он играючи одолел дядю и пятерых его друзей дровосеков, а пса так и вовсе безжалостно искромсал, словно обезумел от его лая.

Бешено хохоча, охотник зарубил корову и её новорождённого телёнка, не пощадил даже старую дряхлую лошадку. Только шустрые куры, подняв галдёж, отвлекли на себя внимание и тем помогли братьям спрятаться.

Покончив с хозяевами, убийца обыскал их жилище. Судя по доносившемуся шуму, он перевернул всё, что можно. Когда же охотник вышел из дома, в руках он держал остатки драгоценных золотых волос, а по следам его ступало пламя.