– Идём. Ты достаточно слышала. – Мори открывает дверь своего дома и мягко толкает меня и Лори через порог. – Я приготовлю чай. Садитесь.

Ни я, ни Лори и с места не двигаемся.

– Что за дела у вас с путниками? – провожаю хмурым взглядом каждое изящное движение древней.

– Ты задаёшь слишком много вопросов. Помнится мне, ещё недавно ничто кроме сектора крика тебя и вовсе не интересовало.

– Слишком многое произошло за это короткое время.

– О, правда? – беспечно улыбается, разливая по чашкам дымящуюся жидкость. – Уж не красавчик Рэйвен стал причиной этим переменам? Прошу, садись.

Не двигаюсь.

– Садись, – выдвигает для меня стул, и я делаю над собой усилие, чтобы сесть и, прежде чем засыпать Мори очередной порцией вопросов, делаю глоток ароматного чая. Пожалуй, цветочный чай – лучшее из всего, что есть в этом убогом месте.

Лори следует моему примеру и неумело отхлёбывает из чашки.

– Отличный чай. Мой любимый, – заботливо улыбается заблудшая, присаживаясь на противоположный стул.

– Так что за дела у вас с путниками? – смотрю на неё предвзято.

– Небольшая сделка, – Мори кивает на чашку в моих руках. – Остынет.

– Какая может быть сделка у путников с древними?

– Отчаянные времена требуют отчаянных мер, девочка. Тебе не понять того, кто пытается спасти свой дом от разрушения. Даже если поступки покажутся кому-то жестокими и корыстными, однажды, когда всё это закончится, Лютый город будет благодарен своим древним.

Делаю очередной глоток и не перестаю искать подвох в каждом её слове. Чувствую себя сидящей на кострище.

– Куда мне идти, если Рэйвен не явится до рассвета? – Вопрос-пустышка. Потому что я уже знаю ответ. Всегда знала, но слишком поздно его поняла.

– Идти никуда не придётся, – будто бы с искренним сожалением вздыхает Мори, и чашка выскальзывает у меня из рук, вдребезги разбиваясь о каменный пол. Зрение ухудшается, в голове стелется туман, а руки начинают дрожать. Хватаюсь непослушными пальцами за край стола и пытаюсь дышать. Дышать… дышать! Не отключаться!

– Что ты… что ты подсыпала? – из последних сил держу веки открытыми, фокусирую зрение на соседней чашке, из которой пила Лори, и слышу приглушённый стук сбоку, когда тело мужчины-проводника соскальзывает со стула и ударяется о пол.

– Что… ты… с нами сделала? – с трудом ворочаю языком.

– Всего лишь «сонный» чай, – мелодичный голос древней, кажется голосом самого Сатаны. – Скоро проснёшься. Он безвредный.