Риккио щёлкает себя по мочке уха, заставив маленькую изумрудную серёжку засверкать.

— Благодаря этой безделушке, могу.

— Она нейтрализует его воздействие на нашу кровь, — объясняет Сибилла.

— Умнό, — говорит Таво. — У Лазаруса так много этих хитрых магических цацек. Где, говорите, он их достал?

Губы Данте сжимаются.

— Мы обсудим это позже. Сначала нам надо достать ворона.

Распущенные волосы Таво развеваются у него за спиной, точно багряные ленты.

— А что если нам поджечь галеон? Когда он превратится в пепел, железную статую ворона будет проще найти.

Антони качает головой.

— Дерево слишком мокрое, чтобы огонь занялся. Мы пытались.

— Вы делали это с помощью пламени полуросликов. Огонь чистокровных фейри…

— У нас нет времени на эксперименты, — рычит Антони. — Если Марко появится здесь раньше, чем мы доберёмся до воронов Лоркана, он постарается закопать галеон так глубоко, чтобы Король Воронов никогда больше не стал человеком.

Я резко вдыхаю.

— Это не самое ужасное, что может случиться, — язвительно отвечает Таво.

Челюсть Данте сжимается.

— Он сможет избавиться от Марко, только если станет цельным.

Таво долгое мгновение изучает своего друга, и я не могу не задаться вопросом, о чём он думает? О способах избавиться от Марко без помощи Лоркана? А, может быть, он раздумывает о должности, которую смог бы занять при Данте? Готова поспорить, он попросит должность генерала.

Что же тогда станет с моим дедом?

«Змеи находятся под контролем жителей Шаббе. Они не причинят тебе вреда, но не подавай виду, что ты знаешь об этом. Жители Шаббе не хотят, чтобы принц знал об их вмешательстве».