Правда, прежде чем уснуть, нам пришлось прослушать новую версию пререканий в гномье–троллевой паре. Ключевыми фразами были: «Лапы убери!» и «Да не ерзай ты…». Но, в конце концов, эти двое очевидно вспомнили те позиции, в которых они умудрялись засыпать в предыдущие ночи и успокоились.

Несмотря на решение никуда не торопиться, все равно мы подскочили буквально с закатом, быстро позавтракали и поскакали сломя голову. И только где–то через час снизили темп, успокоились, выдохнули, виновато переглянулись и поехали спокойно, поглядывая по сторонам и любуясь окрестными пейзажами.

Болтовня с Яримом не мешала мне обдумывать уже давно занимающее меня наблюдение. Судя по тому, что жрецы изначально принадлежали разным расам, раньше они все жили в мире и дружбе. А если и ругались, то перед тем, как обратиться за помощью к драконам, обязаны были объединиться и помириться. И мне кажется, проблема предпоследней команды была именно в том, что они так и остались каждый сам по себе и каждый сам за себя.

— Мамуль! А вон тот странный зверь с рогами, от которых нашего демона должно скрючить от зависти, он как называется?

— Олень, — рассмеялась я, любуясь величественным красавцем. И тут благородное животное насторожилось, прислушалось. Я тоже замерла, просигналив остальным телепатически. Оба дроу тут же спрыгнули с ящеров и растворились среди деревьев. Шакрасис обвился вокруг нас всех, сбившихся в кучу, создав из змеиной половины своего тела ощутимое препятствие. Нибрас чуть приподнялся над деревьями, Ярим и Джиди замерли, обвешанные кучей ножиков — моей добычей, захваченной во время бегства из тюрьмы.

Клим, вновь обернувшись в человека, нахмурившись, все время посматривал куда–то влево. Туда же поглядывал Рикиши, правда, не кидаясь спасать меня, а, значит, не чувствуя сильной угрозы.

Нибрас тоже опустился, кивнул в сторону тех же несчастных кустов и как–то странно улыбнулся, показав три пальца.

Да, именно трех маленьких напуганных человечков выпинали из–за кустов Чхар и Бхинатар. Ростом даже ниже нашей Джиди с детскими, почти кукольными личиками, они с ужасом поглядывали на нашу компанию, явно не очень точно понимая, кого именно надо бояться больше всего.

— Какие миленькие! — растаяла наша троллиха и бросилась преодолевать препятствие в виде тела нага, отделяющее ее от утипусичных представителей какой–то малой, в буквальном смысле этого слова, народности.

Человечки назвали себя лесовичками и, когда поняли, что самое страшное, что им грозит — оказаться затисканными Джиди, расхрабрились и начали потихоньку общаться. Восхищение нашей троллихи так польстило самолюбию этих маленьких существ, что они выдали нам сакральное знание о наличии еще одних врат в лес светлых эльфов. До них, правда, придется продвигаться чуть подольше, чем до главных, но зато шансы попасть в засаду резко снизятся.