Тени зашевелились активнее, но никто не откликнулся.

-Никого, - констатировала я факт, ведь пещера выглядела, как минимум, заброшенной. Но Вальд был со мной категорически не согласен.

Ощерившись, он полоснул меня когтями по руке и скрылся в темноте, с громким криком:

-Мама, я вернулся!

Потревоженные тени замерли, а затем стали сползаться в центр, где под ногами был выложен светлым камнем широкий круг.

И тут я поняла, что это не тени вовсе, а корды. А затем - и кто такие корды.

Вампиры. И если в Вальде оставалось что-то от обыкновенного ребенка, то взрослые корды потеряли все, что могло их роднить с людьми. Вытянутые глазные зубы, достигавшие подбородка, запавшие глаза, горящие оранжевым, мерцающим светом. Их было несколько десятков - высохшие фигуры, закутанные в древние лохмотья. Они тянули ко мне руки и заслоняли чувствительные глаза от света, который при их появлении стал только ярче. Тьма рассеивалась под упрямыми лучами, которые пробивались через мои пальцы.

-Вальд… - голос был похож на шелест старой бумаги, которая вот-вот обратиться в пыль, - я думала, что никогда тебя больше не увижу…

Голос плыл из дальнего угла, где было так темно, что даже магический свет не мог разогнать тьму. Вальд, появившийся в поле зрения, остановился рядом со мной. Он таращился в тот угол, не смея сделать последний шаг.

-Мама?

Хриплый смешок разрезал тишину пополам, и тень, едва различимая на фоне холодного камня, обрела плоть и двинулась к нам.

Если бы не Вальд, издавший радостный возглас, доказывающий, что фигура, появившаяся перед нами, и есть его мать, я бы рванула назад, наружу. Но осталась на месте, с ужасом разглядывая сухую, потрескавшуюся кожу, которая обтягивала череп. Мать Вальда выглядела мумией. От человека в ней не осталось ничего, только боль в глазах, когда она увидела, что ее сын прижимается ко мне. Еще один тяжелый шаг, и я поняла, что дрожу. Воображение нарисовало картинку: она бросается вперед, вгрызаясь длинными, кривыми клыками в шею и жадно лакая кровь.

Но она лишь улыбнулась, подходя совсем близко. Высушенные тонкие руки потянулись к Вальду, и он, всхлипнув, приник к ее груди. В каждом ее движении - в том, как она обняла его, погладила по волосам, - скользила невыразимая материнская нежность.

-Ты привел человека? - в сухом шелесте не было угрозы, только обреченность. Вальд запрокинул голову, заглядывая в глаза матери.

-Она помогла мне вернуться домой, мама.

Безотрывный взгляд вампирши я вынесла с достоинством, даже не содрогаясь от ужаса, пронизывающего меня насквозь. Мне стали понятны полунамеки Айдена, который отговаривал меня от визита в гнездо кордов.