Айден помог спуститься, бережно обхватив талию и опуская меня в лодку. Он вел себя слегка отстраненно и не смотрел в глаза, как будто всеми силами не замечать моего присутствия.

-Северный остров, - еле слышно выдохнула я, глядя на заволоченное туманом побережье. Корабль плавно покачивался на волнах, поражая пустотой: никто не подошел к борту, чтобы проводить нас, никто не выглядывал в круглые, разбитые окошки трюма, чтобы удостовериться, что «дорогие гости» точно отбыли.

Не сошли ли мы с ума? Плыть на остров, населенный кровожадными тварями, с риском остаться там навсегда – без оружия, теплой одежды, припасов. Со стороны вылазка на северный остров смотрелась форменной попыткой самоубийства. Будь здесь остальные рыцари, было бы проще. Но реальность всегда куда более жестокой, чем все домыслы.

Айден взялся за весла, заскрипели уключины, давным-давно заржавевшие за ненадобностью. Без слез на это средство передвижения, которое и лодкой-то назвать было сложно, смотреть не получалось: если корабль был наполовину гнилой, то здесь дно было покрыто глубокими трещинами, через которые сочилась вода.

Лодку сносило течением, а плотный туман, до которого было рукой подать, смещал ориентиры, и берег, казавшийся таким близким, только отдалялся. Время утекало быстрее, чем мы предполагали. Айден налегал на весла, но на каждый рывок вперед, течение сносило нас в сторону на два таких же. Вода под ногами все прибывала, и уже доставала до щиколотки, с каждым мгновением поднимаясь все выше и выше.

Вальд самый первый осознал, что барахтаться по волнам на лодке, которая медленно идет ко дну, можно до бесконечности, и я, словно в замедленной съемке, наблюдала как он перегнулся через борт судна и рыбкой скользнул в объятия моря.

-Вальд! – я рванулась вперед, забывая обо всем. Если погибнет он, тогда зачем все это?! Рука по локоть вошла в воду, мертвящий холод мгновенно обжег кожу, словно я сунулась в кастрюлю с жидким азотом.

Черная тень, почти неразличимая на фоне остальных, стремительно плыла к берегу. Айден со спины шипел что-то невнятное, но совершенно точно предупреждающее. Лодка ходила ходуном, подчиняясь движениям бутылочного цвета волн, которые стали только выше и жестче. Предрекаемая Мирошником буря все-таки начиналась.

-Не смей! – грохот волн заглушил крик Айдена, но я ощутила его коже. Колкие брызги били в лицо, волны поднимались выше бортика, и в холодной воде руки быстро деревенели и соскальзывали с влажного дерева.

-Надо! – я пыталась перекричать бурю, которая мотала лодку из стороны в сторону. Один из толчков едва не перевернул ее кверху дном, что поставило бы жирную точку в моем