— Мы не были уверенны, — пролепетала она. — Да и... в возрасте я.

— Это не оправдание, мама, — Ульви наконец оторвал взгляд от Маники и повернулся к ней. — Ты умолчала о таком важном событии, так что считай — мы с Айлой обижены этим фактом. Вы радовались без нас. Нехорошо так! Мы ведь действительно переживали, особенно сестра.

— Прости, родной, — извиняясь пробормотала мама, — но это случилось так внезапно... Я не знала, как вы отнесетесь к моему... кхм... положению.

— А как мы должны отнестись? — он склонил голову набок. — Порадоваться, разве что.

— Возраст, Ульви...

— Прекрасный возраст, мама, — перебил он ее. — Замечательный просто. А не напомнишь, где мой брачный браслет?

Он растянул губы в такой предвкушающей улыбке, что Маника замерла и как-то настороженно втянула голову в плечи. Кажется, до нее наконец дошло, чего ее так крепко держат в объятьях и что из этих рук уже и не выпустят.Глава 26

Гости отъезжали. Во внутреннем дворе выстраивались кареты, слуги носились с дорожными сундуками и корзинами. Вокруг царила страшная суматоха. Те, кому предстояла дальняя дорога, толпились на крылечке и пытались, видимо, наговориться впрок. А тема была, и весьма горяченькая. Да, во всех углах дома нашей семье тщательно перемывали кости.

Шушукались, шептались... Я злилась.

Но остальным до этого не было никакого дела.

Отец с дядей Сэттом скрылись в его кабинете. Что-то там обсуждали, наверное, заявление Хэйла. Просить разрешения на брак со мной он не собирался, и папу это страшно задело. Уж я-то знала его характер. Он так просто это не оставит. Мама, счастливая, что Ульви нашел свою избранную, куда-то утащила ошалевшую от всего Манику.

Следом умчался и брат.

А я...

Осталась не в удел.

Хэйл, после всего случившегося в столовой, тоже поднялся злой и удалился. Куда не сказал, просто промаршировал на выход и ни разу не обернулся. Гневался, а может, и обижался... Я чувствовала вину, но не понимала за что. И радостно на душе было, и так одиноко. Побродив по дому, поднялась в свою комнату и закрылась там. Подальше от сплетен, от неясной тоски и страха, что змеей окутывал душу.

Постучали. Встрепенувшись, я подлетела к двери, но за ней оказался всего лишь управляющий. Ян Марло держал в руках поднос, на котором дымилась кружка с ягодным чаем, а рядом с ним стояла розетка с вишневым вареньем.

— Подумал, что немного сладкого вам не повредит, — объяснил он свой приход. — Ужин сегодня будет поздний и скромный. Почти все нас покинули. Могу принести вам сюда. Как насчет вкуснейшей, тушенной в горшочке капусты с картофелем и морковью? А также нарезки из свежих овощей.