Хальвдан не понимал, к чему он ведёт, но кивнул. Князь громко хмыкнул, и на губах его вдруг мелькнула улыбка. Нехорошая, чужая. Такая, что пришлось в тот же миг пожалеть обо всём рассказанном. А ещё захотелось схватить Младу и увезти подальше отсюда. Как можно дальше от Кирилла.

— Что ж, Хальвдан. Можешь идти, отдыхать с дороги. Мы ещё не раз потолкуем с тобой и Младой. Решим, что делать и как друг другу помочь.

Он встал и направился из чертога. Проходя мимо, похлопал Хальвдана по плечу, и его ладонь даже сквозь одежду показалась ледяной.

— Сбежала от него невеста, — послышался голос Вигена, когда за князем закрылась тяжёлая дверь. — Испугалась. Потому как Гесту убил. И Излом, говорят, он спалил.

— Последние дни сам не свой, — добавил Бажан. — Лешко казнить надумал за то, что тот боярышню по её просьбе увёз и спрятал. Погоню за ней снарядил. Коль найдёт — неведомо, что будет. А вы ещё посох этот треклятый назад притащили!

Хальвдан резко развернулся и воевода качнулся назад, но не отступил.

— Да потому что только сам Кирилл сможет его уничтожить! А ты пойди попробуй теперь его уговорить!

Он замолк и провёл ладонью по лбу, словно смахивая внезапный гнев. Всё спокойно нынче в Кирияте. Да все они теперь как по лезвию меча ходят.

— И правда, Хальвдан, иди, отдохни, — вздохнул Виген. — А мы пока покумекаем, что делать.

Хальвдан кивнул и отправился к себе. И хотел бы зайти к Младе, но решил не тревожить до утра. Ей тоже отдых и сон нужны, пока Кирилл и её расспрашивать не взялся.

И уж кого по пути встретить не ожидал, так это Медведя. Показалось, шёл он со стороны Младовой горницы: неужто не удержался, решил-таки свидеться? Бывший кметь, ещё издалека узнав Хальвдана, расплылся в улыбке, словно друг старинный, хотя вряд ли рад был его видеть. Свет факелов изрезал тенями его потемневшее от весеннего загара лицо.

— Здрав будь, воевода, — гаркнул он так, что сотряслись стены.

Хальвдан приостановился. Оглядел молодого староста с головы до ног — ты ж посмотри, почти боярин теперь.

— А ты что же тут делаешь, Медведь? Неужто в дружину вернуться надумал?

Тот криво усмехнулся. С его лица сошло мимолётное веселье.

— Нет, Беглица теперь меня крепко держит. И судьба моя, стало быть, там. А в Кирият меня княже вызвал. Всё стращали меня, мол ответа спросить хочет за то, что вас тогда отпустил. Но вот уж седмица почти прошла, а я его так и не видел. А мне тут сидеть не досуг.

— Вот и езжал бы домой, пока он о тебе не вспомнил, — задушевно посоветовал Хальвдан. — Нынче он дорого за провинности и неподчинение спрашивает. Сможешь расплатиться-то?