Начало лета выдалось для супругов довольно тяжелым. Леон даже испытывал неслабое чувство вины за то, что привел молодую жену на столь разоренные земли. Несколько раз ему приходилось уезжать на пять-шесть дней, а то и на целую рундину, навещая окраины собственных владений.

И каждый раз, вернувшись, он отмечал некоторые изменения в замке. В ту часть, что ремонтировалась, он не заходил – не было ни сил, ни лишнего времени. Но даже то, что попадалось ему на глаза прямо во дворе, вызывало некоторую оторопь.

Первый раз, вернувшись из поездки, он увидел надстроенную над колодцем странную металлическую конструкцию с длинным рычагом. Конюх, принимавший лошадь у хозяина, с некоторой важностью пояснил:

-- Это, значить, ридгана повелела поставить. Из самой столицы привезли, значить, всякие трубы, и мастера два дня шумели. А теперича, ежели допустим коней поить – то, значить, вот эту штуку вверх-вниз дергаешь, и вода по трубе сама льется! Это, значить, рычаг называется! Оченно удобная штука получилась!

По периметру двора часть камней была вынута узкой полосой, и теперь там распускались нежно розовые душистые грозди атуманника – низеньких кустиков, высаженных по требованию Нариз. В одном из углов двора полоска этих кустов делала большой круг, в центре которого поставили легкую беседку. Робкие побеги плюща уже поднимались по аккуратным шпалерам. Пятна побелки на булыжниках двора были теперь не белые, а самых разных цветов.

Леон удивлялся, сколько успевает сделать его жена. Возвращаясь в очередной раз в замок, он увидел, что на бросовых клочках земли, которые она выпросила себе для посадок, поднимаются ровные рядки каких-то трав или кустов. Выбрав время, он спросил:

-- Нариз, что это за посадки?

-- Это душистые травы, которые хорошо добавлять в выпечку, в чай. Некоторые из них лекарственные. Лерник -- от простуды, таймус -- от болей в желудке, ронеус -- от головных болей.

Ответ ввел Леона в некоторый ступор. Помолчав, он, аккуратно подбирая слова, уточнил:

-- Ты хочешь сказать, Нариз, что ты разбираешься не только в Саранданских пряностях, но и в Синцерийских травах?

Нариз засмеялась и ответила:

-- Ну, откуда бы я могла такое знать? У тебя в Заозерном живет травница. Я попросила, чтобы ее пригласили в замок. Она мне и посоветовала, какие запасы нужно держать на случай болезни. Ты не забывай, что кроме нас с тобой, здесь еще живут слуги и солдаты. Зимой все это может очень даже пригодиться. А излишки я просто продам.

Леон покачал головой и не стал больше выспрашивать ни о чем, но про себя отметил, что жена его умеет находить выгоду там, где никому бы и в голову не пришло. Возможно, это потому, что она охотно учится всему новому? Странная привычка для молодой женщины, но ему это однозначно нравится.