Увидев табличку красного цвета рядом со входом в самый маленький из бревенчатых домов, Анджан направился туда. Белые буквы на красном фоте таблички извещали, что здесь находилось правление колхоза «Красный Оюсут». Вход находился с торца здания с восточной стороны. Внутри дома, в центре помещения возвышалась обмазанная глиной круглая печь, типа голландской, пара столов, за одним из которых в клубах дыма сидел не молодой якут неопределённого возраста, который вопросительно взглянул на вошедшего молодого человека.

В тот раз председатель колхоза Семён Аччигая согласился выделить запрошенных Петром пять оленей и проводника, назвал его имя и объяснил найти. Старик тогда отказался брать деньги, а запросил пятьдесят килограмм муки, два килограмма сахара, десять кило макарон, десять банок тушёнки, двести грамм табаку и двадцать охотничьих патронов. Несмотря на то, что в Усть-Куте перед отправкой их проинструктировали, чем расплачиваться с местными жителями, требования староста по оплате их услуг явились для Анджана столь непривычными, что он до грамма запомнил перечень продуктов. Для прибалта, жившего в уже независимой Латвии и забывшего, что такое дефицит, карточки и очереди, подобный запрос показался торгом туземца и купца в году так 1794.

После того первого посещения Оюсута, Пётру больше не довелось побывать в этом селении, но имя проводника Василия Алданова запомнил на всю жизнь. Парень, не смотря на свои тридцать два года, оказался прекрасным знатоком окрестных мест, хорошо ориентировался в местности, знал массу охотничьих хитростей и уловок. На ужин у геодезической партии всегда были свежая дичь или оленина.

За сотню долгих посиделок у костра Василий многое рассказал о якутах, их истории, обычаях, древнем вероисповедании, мифах и легендах. Было даже удивительно сколько много знал этот ещё достаточно молодой человек. Выяснилось, что он имел незаконченное высшее образование. Причину, по которой он покинул Якутский, мужчина не объяснил. Повариха якутка Сардана Яковлева безапелляционно заявила: «Любовь». Как любой мужчина, гордый своими славными предками, Алданов с восхищением поведал о своих знаменитых предках: дедушке по матери шамане Николае Суге и втором дедушке по отцу, великом охотнике и следопыте Василии Алданове. В честь последнего его и назвали. От деда—шамана он унаследовал способность слышать тайгу, понимать поведение животных, птиц, а главное – понимать поступки людей и предвидеть многие их действия. Дед-охотник обучил парня всему тому, что он сейчас умеет.