— Да, я в порядке, — тихо ответила, подойдя к кровати, я села на её край, — Эирик тоже. Тело Асвёрда и мастеровых я не нашла у обвала.

— Мы их привезли в селение, передали родным

— Ясно… он полез разбирать завал? — Да, — глухо проговорил сын, чувствуя себя виноватым, — мы не успели его предупредить. — Не вини себя и поправляйся, — пробормотала поднимаясь

— Мама, что случилось? Что за запах? — произнёс сын, пытливо вглядываясь в моё лицо.

— Газ… он ядовитый, — ответила, чуть запнувшись, — и я не знаю, когда он прекратит выходить через разлом в долину и прекратит ли вообще.

— Что он делает? — спросил, с тревогой глядя на меня.

— Если дышать им, не находясь близко к очагу, то сначала газ вызывает кашель, насморк, першение в горле и хрипоту. Далее, если не прекратить им дышать: глотание с болью, удушье, рвота, нарушение речи, а после начинается острый отёк гортани и лёгких.

— И ничего нельзя сделать?

— Я не знаю, — покачала головой, — чем ближе к очагу, тем удушливее воздух, можно залить водой, но время… Будет слишком много отравлений и смерти. Долина, ставшая нам приютом, защищая огромными скалами от опасности, теперь для нас смертельная ловушка.

— Ветер… он идёт с воды и разбивается о горы, — тихо произнёс сын, его жена испуганно смотрела на Вальгарда, вцепившись в руку, ища поддержки.

— Приходи в себя, а завтра мы обсудим, как нам дальше быть, — ободряюще улыбнулась.

Покидая комнату младшего сына, я уже знала, как следует поступить… Жителей долины снова ожидает путь и пусть он пройдёт легче, чем предыдущий...

— Мы уходим! Покидаем долину, оставаться здесь небезопасно, — вещал Эирик, собрав жителей поселения на берегу моря, там воздух был чище.

— Куда? Там есть свободные земли? — крикнул мужской голос из толпы.

— Есть, путь нам укажет Грегор, он не единожды ходил в эти земли, — ответил конунг.

— А кто не хочет уходить? И запах скоро пройдёт, — задал вопрос ещё один.

— Две недели! — рыкнул сын, — две недели прошло и ядовитый смрад только усиливается, он пробрался в наши дома! Старики и дети первыми ощутили на себе его отраву! Мой сын, не прекращая, кашляет, а Гирас умер от удушья!

— Он умер от старости!

— Отплываем через неделю! Берём только самое ценное, в новых землях уже живут наши люди, они помогут устроиться, — закончил говорить Эирик, спускаясь с постамента.

— Они глупцы, — рыкнул Вальгард, сжимая и разжимая от бессилия кулаки, — те, кто останется, погибнет.