Я целую ее в кончик носа:

– Так и сделаем.

Ей придется понять, что Малакай сам выбрал смерть. По крайней мере, смерть своего тела. Я уговорю ее это принять, а затем мы будем делать все те вещи, которые делают обычные люди. После Нейт я ни разу не заводил длительных, крепких отношений, однако без Нефертари не желаю проводить ни дня. Однажды она умрет, покинув меня, но до тех пор я буду носить ее на руках, брошу весь мир к ее ногам. У меня почти возникает желание никогда не возвращаться.

Нефертари отстраняется от меня, и я вывожу ее из храма. Воздух снаружи вибрирует от могущества скипетра. Поблизости до сих пор толпится куча народа. Радостное настроение напоминает мне о праздниках, которые мы устраивали в Атлантиде. К нам обращаются любопытные взгляды. Хотя наши крылья уже исчезли, люди инстинктивно чувствуют, что мы другие, и отступают.

– Сет, – коротко командует Исрафил, когда мы с Нефертари подходим к нему.

Бог опускается на колено и кладет ладонь на песчаную почву пустыни. От земли поднимается тьма, окутывая окружающее пространство темным светом. Все, кроме нас.

– Уверен, что не хочешь отправиться с нами? – спрашивает Микаил. – Твое место среди нас.

– Я скоро приду, – подтверждаю я свое решение.

Ангелы тут же взмывают в воздух. Перед ними летит Микаил со Скипетром света. То, что он и в самом деле вернулся, у меня до сих пор в голове не укладывается. Исида уходит через врата в потусторонний мир, мы направляемся к ожидающим машинам, а тьма между тем снова начинает рассеиваться. На мгновение люди кажутся немного растерянными, однако потом продолжают празднования.

По пути в аэропорт я сижу с Нефертари и держу ее за руку, игнорируя при этом мрачные взгляды Энолы. Во время полета голова Нефертари лежит у меня на плече. К счастью, бо́льшую часть времени она спит. Гор общается с Кимми, и я постоянно ощущаю на себе взгляд Данте. Энола дуется, а я задаюсь вопросом, что дальше предпримет Сет. Я уже очень давно потерял к нему доверие и продолжаю считать, что он ведет двойную игру. Но сейчас не могу концентрироваться на нем, размышляя, как объяснить Нефертари, что у меня не было выбора. Она бы ни за что не стала нам помогать, если бы догадывалась, как мало осталось жить Малакаю. Знай я ее получше, позволил бы провести это время с ним. Тому, как я с ней поступил, нет оправданий.

Незадолго до приземления Нефертари просыпается. Включает телефон, когда самолет опускается на взлетно-посадочную полосу. На присоединение к сети требуется время. Она вскакивает, как только открываются двери, протискивается мимо возмущающихся пассажиров, бежит к выходу и первой спускается по трапу. Сняв наши сумки с багажных полок, я следую за ней. Догадываюсь, какое сообщение она сейчас прочтет, вот только не знаю, смогу ли за этим наблюдать.