– Предпочитает меня?

Олливан наклонился к ней, не в силах поверить в то, что услышал.

– Они изгнали меня. Потому что отказались верить моей версии событий, поверив Джасперу.

– Но ты не рассказал им всю историю, не так ли?

Олливан сделал паузу, и по глазам Сибеллы он понял, что она увидела, что и ожидала.

– Что ты сказал им, чтобы объяснить смерть Бенна?

Олливан потер лицо, затем нахмурился, уткнувшись в свои руки.

– Это только ухудшило бы ситуацию, – сказал он шепотом. – Если бы я рассказал им, что сделал Джаспер, это привело бы ко всей той истории с запрещенной магией, в которую мы вмешивались.

– Но это оправдало бы тебя в убийстве, – настаивала Сибелла.

– Ты бы так не говорила, если бы была там.

Олливан не отрывал взгляда от своих пальцев; сосредоточился на том, чтобы потереть их, чтобы прогнать воспоминания о том дне.

– Чистое ликование, с которым он разнес мою жизнь на куски и вернул мне обломки. Ему просто нужна была причина, Элли. Он бы превратил все, что я сказал, в худшее преступление. Если бы вообще слушал. И когда он повернулся к моей матери и спросил ее, было ли мое изгнание справедливым… она даже не смогла посмотреть мне в глаза, когда сказала «да».

Огонь хрустел, как сучья под ногами, низкий шелест пламени успокаивающим гулом лишь усиливал их молчание. Сибелла пошевелилась, сделала паузу, как будто сомневаясь, а затем придвинулась ближе, так что они сели бок о бок. В тепле пламени лилейный аромат ее духов окутал его, как сон.

– Мне тоже жаль, – сказала Сибелла, заставляя Олливана поднять глаза. Она была так близко – прислонилась к его плечу, чтобы тихо говорить. – Той ночью в Странствующем Месте мне не следовало спрашивать тебя, совершал ли ты это. Я уже знала ответ.

Олливан улыбнулся.

– Сейчас легко так говорить, – сказал он. – В то время ты не говорила так, как будто знала.

– Я боялась, что никогда по-настоящему не знала тебя, – прошептала она так близко, что ее дыхание коснулось его шеи, и Олливан почувствовал себя опустошенным. Это тоже было его страхом. Все, что осталось, когда она с ним порвала, – это его разбитое сердце и впечатление, что всего этого на самом деле никогда не было. Как будто, проснувшись от хорошего сна, ты вынужден вечно жить в куда более серой реальности.

– Он угрожал тебе, – выпалил он.

Сибелла немного отстранилась и, моргая, посмотрела на него.