– Благодаря ей я чувствовала дыхание твоего предка дважды, – произнесла она медленно и неохотно. – Я не говорила с ней об этом, Пирс не говорила со мной об этом. Но это было, и я не спутаю то ощущение ни с чем.

Лара положила вторую ладонь поверх ладони Тьена и посмотрела ему в глаза.

– В тебе этого нет. Ты не Великий и не будешь им, даже не надейся. И, кстати, кончай за мной ухаживать.

– Я за тобой не ухаживаю, – последовал невозмутимый ответ.

– Ну да, я заметила, – фыркнула Лара. – Кстати, ты так и не сказал, что будет, если я увижу тебя ребёнком. Кто там говорил, что мы не должны встречаться до твоих девятнадцати и это высечено в скрижалях?

– Я не говорил про скрижали.

– Ты сказал достаточно, – мрачно произнесла Лара. – И меня подмывает проверить эту штуку, когда я вернусь. – Тень упала на её лицо. – Если вернусь.

– Не вернёшься, – произнёс Тьен. – Однажды ты не вернёшься. Ты не представляешь, насколько я хочу это предотвратить.

Лара закатила глаза.

– Да-да, и умираешь от чувства будущей вины, я слышала. – Она резко отняла руки. – Всё. Поговорили. Теперь о деле. Где выход и как мне попасть домой? Не желаю, чтобы ты по-настоящему оказался в сфере и мне пришлось менять тебе пелёнки всю оставшуюся жизнь.

Тьен едва сдержал смех.

– Я бы посмотрел на это зрелище.

– Не дождёшься, – отрезала Лара. – Сейчас не романтический вечер, и твоя мать не подслушивает нас из окна. Или будь полезным, или убирайся!

Таисса невольно улыбнулась. Сейчас она как раз их подслушивала, причём самым что ни на есть бестактным образом. Но, как бы ни занимал её их разговор, пора двигаться дальше. Время на исходе.

Таисса коснулась перстня и сосредоточилась.

– Лара, я не… – начал Тьен.

И всё застлал ослепительный свет.

*

Когда серебро рассеялась, Таисса, пошатываясь, обнаружила себя на собственных ногах во вполне реальном теле. И беззвучно ахнула, когда поняла, где находится.

Они с Диром вернулись в зал, где всё началось. Туда, где Ваади погрузил их в сон.