У него в руках тяжелый клинок.

Тодд осторожно отдает Аарона Кейлен, передает на руки, и так же осторожно целует ее в лоб.

— Не бойся, — говорит шепотом. В его глазах вспыхивают и танцуют бешенные огоньки. — Может, и к лучшему.

И потом Сазерлану уже громко.

— Что ж, выйдем во двор, лорд Никлас! Иначе разнесем тут все, зачем это вам. Кто-нибудь, дайте мне оружие.

С едва уловимым облегчением даже. Почти весело. Словно только такого момента и ждал.

* * *

Они идут вниз.

Это безумие совсем. И Тодд никогда бы не решился на это сам, так поперек любого здравого смысла. Как бы ему ни хотелось свернуть Сазерлану шею — он бы не стал рисковать. Но раз уж за ним пришли и втянули, то бегать он не станет тоже. Может, и к лучшему.

Надо только придумать, как справиться. Обязательно надо. Для Тодда теперь совсем нет возможности проиграть. Никак. Нужно понять…

Не вовремя, конечно. Совсем не вовремя. Тодд даже отоспаться толком не успел, не говоря уж об остальном. Бок ноет до сих пор и левая рука почти не рабочая. Хоть левая — и то хорошо. А Сазерлан изначально сильнее, да и опытнее, пожалуй. Его сила, его магия — чувствуется отчетливо. Знать бы заранее, что умеет. Его возможности куда больше, чем у обычного человека.

Но придется выяснять в процессе.

На что сейчас способен сам Тодд?

— Хакона мне найдите, если успеете. Если нет… Мы выйдем во двор. Людей всех со двора уберите и заприте двери. Кейлен уведите куда-нибудь, лучше так, чтобы я не знал куда и не нашел. И сами все не высовывайтесь.

Он, конечно, принес клятву, но кто знает, сработает ли.

— Что вы задумали?

— Там будет видно, — говорит Тодд.

Вытащить наружу ту самую троллью ярость, не сдерживаясь, позволить захлестнуть. Наверно, только так можно справиться.

Потому что не справиться он не может. Нельзя проиграть.

Главное, чтобы никто из случайных людей не пострадал.