– Кто запер вашего брата в лабиринте?

Я решила, это прекрасная возможность узнать больше про хозяина лабиринта, раз Великая разоткровенничалась, чего обычно не делала.

– Наш отец. Вы зовете его Прародитель магии, – безразлично ответила она и скомандовала: – Встань за мной.

Я подчинилась и бросила взгляд назад. Лемьюр как раз вкатил клетку с двумя слепыми созданиями. Магистр знаком показал ему подкатить ее ближе к порталу. Мне стало не по себе – злые твари за спиной, хоть и в клетке, внушали страх.

– Потомок Кроуга бережет свою жену, – рассмеялась Великая, и я не поняла, о чем она говорит.

Эрешкиль подняла руку, и огонь рун, что она зажгла, полетел сквозь портал в прошлое. От этого тьма вокруг Первоматери сделалась плотнее. На заклинание она потратила много сил. Влияние на прошлое сказывается на ней, поняла я. Руны достигли своей цели, и только тогда я заметила орла – в тени, на перилах рядом со ступенями, ведущими в домик.

– Это чей-то вулпин? – произнесла я вслух.

– Князя Кроуги. В их роду у всех, кому хватает сил получить вулпина, – орлы, – ответила мне Эрешкиль.

В этот момент раздался скрип двери, и из домика, закутанная в плед, вышла та, которую я видела в пещерах гномов. Из-за нее я не смогла захватить Мора.

– А вот и драгоценная Амидера, – произнесла Эрешкиль, и я поняла, что девчонка ее услышала. Не знаю, что она видела через портал, но глаза княгини наполнились ужасом. Она метнулась к орлу, но тот остался сидеть неподвижно.

– Твой любимый Рагонг не придет на помощь. Он не услышит тебя. Сегодня малютка княжна в лесу совершенно одна, – пропела Эрешкиль, и я удивилась яду в ее голосе.

Первомать не позволяла себе проявлять настоящие эмоции, но было похоже, что она питает самую настоящую неприязнь к девчонке. Я вспомнила о том, что Эрешкиль говорила Рагонгу, когда они встретились. Первомать убила жену Кроуга, старшего из пяти братьев Людеи. Она до сих пор питает сильную ненависть к той, которую лишила жизни много круголетий назад, и сейчас, похоже, видит ее далекое отражение в Амидере.

– Ты еще такая слабенькая. Мы незамедлительно должны это исправить. Согласна?

От пристального яростного взгляда Великой мне стало не по себе. Красные зрачки Эрешкиль сделались еще ярче, в них пылала жажда мести. Великая подняла руку, показывая на клетку с гаргонами, приказывая Лемьюру открыть ее. Темный застыл в нерешительности. Он точно не спешил становиться едой для этих тварей. Магистр не стал ждать, когда темный наберется смелости, и сам отворил засов. Твари начали принюхиваться, но даже не успели двинуться, как Великая подняла руку, и порывом шквального ветра их пронесло через оба портала и вышвырнуло кубарем прямо на траву перед домом. Девчонка попятилась к двери. Голодные твари быстро вскочили на ноги и двинулись за ней в дом. Раздались стук, в доме что-то падало, слепые гаргоны роняли предметы преследуя девчонку. Хлопнула дверь. Вместо того, чтобы сразиться с ними магией, она убегала. Глупо… или, возможно, девчонка еще не умеет пользоваться своей силой. Вот, значит, к чему Эрешкиль вспомнила про Путь Посвящения эльфов – лабиринт с препятствиями.