Великая опять начала водить рукой вдоль портала в прошлое, и картинка сменилась. Мы углубились в чащу ночного леса, наблюдая со стороны, как девчонка спасается бегством. Она споткнулась, полетела с пригорка, разодрала локти и колени.

– А вот и первая кровь, теперь наши друзья найдут тебя быстрее. Беги, дорогуша, беги! – Эрешкиль потешалась и, кажется, с наслаждением наблюдала за происходящим. Девчонка кинула растерянный взгляд на портал и дернула головой, значит, услышала.

– Когда гаргоны догонят, они растерзают ее, – прошептала я, зачем-то решив вмешаться. Издалека доносилось мерзостное постукивание зубов тварей.

– Если они ее сожрут, значит, она не тот сосуд, который мы ищем, – отрезала Эрешкиль тихо.

Княгиня замерла на холме с палкой в руках. Я с сожалением подумала, что у нее при себе даже сносного меча нет. Гаргоны преследовали ее по пятам. Ей конец.

– Но разве, если ее сожрут, мы не изменим настоящее? Это то, о чем предупреждал Оникс, – отчего-то мне не хотелось, чтобы ее разорвали на куски.

– Мы уже изменили его. Все, что происходит в настоящем, – следствие того, что мы с тобой сейчас стоим тут. – Первомать кинула на меня гневный взгляд, и я решила впредь помалкивать.

Просто отвернусь, когда ее будут жрать. Затем до меня медленно начал доходить смысл слов Первоматери. Если бы княгиню сожрали у меня на глазах, я бы не встретила ее в пещерах гномов. Девчонка выживет. Мне стало даже любопытно, как ей это удастся.

В этот момент она как раз огрела одного монстра дубиной, и он повалился назад, но тут же на девчонку прыгнул второй. От страха и растерянности она ударила магией. Княгиня била чистой силой, так делают либо очень опытные маги, умеющие направлять силу, либо новички с хорошим потенциалом. Ее силы хватило, чтобы разнести одну тварь на куски, а вторую отшвырнуть подальше. Она и правда сильна, но достаточно ли, чтобы вместить всю силу Великой?

– Ну вот! Один-ноль в твою пользу, малютка. Минус один гаргон, – раздосадовано произнесла Эрешкиль.

Девчонка повалилась на спину, похоже, ее чуть не вывернуло от отвращения, но, подавив спазм, она поднялась на слабых ногах и побежала обратно к домику.

– Надо прибраться, мы же не хотим оставить князю подсказки раньше времени, – шепнула мне Первомать и начала плести новое заклинание.

Руны танцевали на ее пальцах, и ошметки гаргона, которого убила девчонка, тлели, на глазах превращаясь в пепел. Тьма окружала Эрешкиль и уже копошилась плотным кольцом у ее ног, поднимаясь до талии. Мне пришлось отодвинуться дальше, чтобы голодная чернота не зацепила и меня. Время кончалось, каждое заклинание, влияющее на ход истории, уменьшало ее возможности. Первомать слабела, а власть тьмы крепла. Эрешкиль вновь перенесла портал, и мы очутились на поляне около домика, как раз в тот момент, когда второй гаргон догонял девчонку. Он прыгнул на нее, легко сбив с ног. Девчонка заметалась под ним в агонии, а его пасть неминуемо приближалась к ее лицу. Говорят, прежде всего гаргоны сжирают глаза своих жертв, лишая их возможности видеть и убегать.