– Элвин, идем. Мы же опоздаем, – спокойно произнес Нил, но я все равно вздрогнул. Он не мог этого не заметить и, наверное, поэтому с усмешкой добавил: – Ты боишься темноты?

«Тебя за моей спиной я боюсь больше», – подумал я, и словно в ответ подвеска под воротником потеплела – не обжигающе, как раньше, а приятно, будто успокаивая. Мне и правда стало легче. Пожалуй, Шериада лукавила, когда говорила, что в академии я буду сам по себе. Все вокруг говорили, что этот оникс на серебряной цепочке – мощный артефакт. Интересно, он спасет меня от удара в спину?

– Я просто не вижу, что там дальше.

– Держись за стену, – после краткого молчания посоветовал Нил. – Думаю, свет будет двигаться вместе с нами.

– Откуда он?.. Здесь же ни факелов, ни…

– Посмотри наверх.

Над нами в воздухе плавал тусклый белый шар. Он, как мяч, покачивался туда-сюда.

– Элвин, мы правда опоздаем.

Я стиснул зубы, одной рукой схватился за стену и медленно, нащупывая путь – что под ногами я почти не видел, – пошел вперед.

Говорят, когда-то, задолго до Потопа, то есть совсем в глубокой древности, на Большой Земле стояли пирамиды. Я читал о них в книгах по истории и искусству. Там были изображения и даже старые фотографии внутренних помещений. Помню такой же узкий проход, ведущий в никуда. И темноту вокруг. Истории про пирамиды были наполнены чудесами и загадками – что-то про оживших мертвецов и про ловушки, оставленные древними архитекторами для расхитителей гробниц. Сейчас ощущения были те же – словно ты, незваный гость, спускаешься в чью-то могилу, где тебя ждет древний ужас.

Наставник Байен был с приветом, это уже по его дому понятно. Я знаю, о чем говорю, – та же Шериада тоже чокнутая, но не настолько!

Древний ужас нас и правда ждал. Сначала я чуть не ухнул во внезапно разверзнувшуюся под ногами пропасть, но Нил успел схватить меня за шиворот.

– Здесь можно пройти по правому краю. Только придется прижаться спиной к стене. Ты не видишь? – У него, как у демона, зрение было острее моего. – Тогда я возьму тебя за руку и расскажу, как идти. Не бойся.

Страх – не только повод для любого волшебника поставить на тебя печать или убить. Это еще и невероятно сытная пища для большинства демонов.

Так что, когда я поставил ногу на шаткую опору – кажется, доску, – снизу из провала раздалось сначала лязганье, а потом невероятно тихое, а потому жуткое «тс-с-с-с».

Не видно было при этом ничего.

Если бы не Нил, я бы упал. Так страшно мне не было, пожалуй, никогда – а я все-таки этим утром побывал в комнате, полной убийц, которые всерьез решали, прикончить меня или не стоит.