– Да. Я тоже простолюдин. И раньше был слугой. – И даже хуже, но вдаваться сейчас в описание жизни спутника не хотелось совершенно.

– Кажется, я сильно ошибался на твой счет, – вздохнул Нил. – Прости меня.

– Я тоже не догадывался, что ты демон. – А пожалуй, следовало бы. У него это были не когти, не клыки и не хвост. Руки. Уже тогда я заметил, что, как бы ни старался демон принять человеческий облик, что-то звериное всегда оставалось. Даже у хумар, которые очень походили на людей и были слишком слабы, чтобы менять форму. – Между прочим, у нас по расписанию общие уроки каждый день, верно? Предлагаю обедать перед этим вместе. Твои факультативы позволяют?

Нил на мгновение потерял дар речи. А я как раз вспомнил, какие факультативы у меня будут и когда.

Потом мы сверили расписание. На обед отдавалось полчаса.

– Вполне хватит, – сказал Нил. – Благодарю тебя, Элвин. Честно говоря, ты меня просто спасаешь. Никто здесь не возьмет на работу студента – приказ Повелительницы. Я мог бы готовить, если бы на кухне были продукты…

– Ты готовишь?

– Да, и неплохо. Предлагаю, чтобы хоть как-то отплатить за твою доброту, готовить тебе каждую субботу. Тебе понравится, обещаю.

– Только если мы будем съедать это вместе. Ты не мой слуга, Нил.

Он улыбнулся уже гораздо спокойнее:

– Спасибо.

Первый урок с наставником Байеном буквально врезался мне в память – в прямом и переносном смысле. Если ты демонолог, то при некоторых обстоятельствах можешь забыть, зачем живешь, кто тебе дорог и даже кто ты такой. Но заклинание призыва и противоположное ему заклинание изгнания, а также десять основных типов пентаграмм и чертову считалку «раз-два-три-четыре-пять, вышел демон погулять» я буду помнить до конца своих дней, а возможно, и дольше, если загробный мир существует.

Занятия проводились в доме наставника на территории академии. И дом этот был… Помните, я жаловался, что поместье Шериады похоже на проклятый замок с привидениями? Тогда я просто не видел, на что действительно похоже место настолько проклятое, что стоит в нем оказаться, как голова туманится от сладковатого запаха гнили, а в ушах негромко, словно за гранью этого мира, звучат вопли и плач.

Погода снаружи как раз испортилась: оба солнца погасли, словно газовые светильники, в окна забился дождь. Несколько раз ослепительно сверкнула молния, а гром на пару мгновений оглушил.

В общем, атмосфера была под стать обстановке.

Порталом нас с Нилом выбросило в коридор такой узкий, что двое бы не разминулись. Со всех сторон на тебя давили стены, и на расстоянии вытянутой руки сумрак сгущался, как живой. Я оказался впереди и очень хорошо представил, как Нил ударяет меня кинжалом в спину. Он клялся, что не будет враждовать, но включала ли эта клятва предательский удар, я не знал.