Наши с королем взгляды тут же приковались к духу-хранителю. И Тэлман явно занервничал, закусил губу, между его бровей пролегла складка, которую мне захотелось убрать.

— Гровт… — гневно сказал Тэлман с ожиданием.

— Все эти века я хранил тайну, король Эльбрут взял с меня клятву. Когда он захотел избавиться от духа-хранителя Накинии и отправил меня на бой с ним… Во время сражения орел проклял… Выпитое на тот момент правителем Греольна зелье, присланное Эстер, имело влияние рода королевы Накинии, и дух-хранитель знал это, поэтому он проклял, имея силу рода. Он сказал, что из-за жадности короля народ больше не сможет увидеть его лица, и дети его тоже, пока на престол не взойдет истинный наследник.

Мы замерли, в очередной раз переваривая услышанное.

— Получается, — вздохнула я, — что это не только из-за заклинания, вложенного в зелье? И слухи о проклятии частично правдивы?

— Верно. Последние силы орел отдал на проклятие…

Тэлман, похоже, хотел выругаться, но посмотрел на меня и сдержался, тяжело выдохнул, а после слегка расслабился.

— Это было нашим наказанием, — сказал словно сам себе.

— Гровт, но почему сейчас ты это рассказываешь? И как получилось, что ты смог слиться с моим родом, если у вас был конфликт?

— Эстер естественно узнала о случившемся, пусть и после смерти, — с грустью сказал дух-хранитель, — ее душа еще была здесь. И она появилась после этого перед Эльбрутом. У них был тяжелый разговор… Сейчас я смог рассказать, так как моя связь клятвы Эльбруту оборвалась, благодаря тому, что скоро родится наследник нового, более сильного рода. А почему смог поменять облик и слиться? Потому что ваша любовь… моя королева, оказалась намного сильнее.

Я даже смутилась и слегка покраснела. Учитывая, что трансформация Гровта произошла еще осенью… М-да… Лишь кивнула, ничего не ответив и все еще глядя на Тэлмана, который все это время молчал. Кажется, его мысли улетели совсем далеко, лишь нахмуренные брови говорили о том, что он думает о чем-то тяжелом.

— Оставь нас, Гровт, — попросила я. Хранитель подавленно кивнул и исчез. — Тэлман, — позвала мужа, тот посмотрел на меня, подошел, грустно улыбнулся.

— Роза, прости, — поймал мою ладонь и поцеловал, — мне нужно разобраться со всем этим.

— Тэлман, — удивилась я, — каким образом ты хочешь разобраться? Что сейчас можно изменить? Это всего лишь прошлое. Уже давно миновали те дни, и не вижу смысла волноваться по этому поводу. К тому же, твой род понес наказание. Удивительно, знаешь что? Эстер не высказала какого-либо сопротивления тому, что я выбрала тебя. Она, конечно, была задумчивой, но сказала лишь, что не знает, почему отдала зелье именно Греольну. Но она и не рассказала мне всей правды. Видимо, не хотела…