Алан проследил за тем, чтобы в теле Нели не осталось действующих нанитов, в том числе следов Ио, дождался благополучного прогноза от врачей, после чего отправился назад, к машине Йар. Работы там предстояло немерено, и, если бы не обстоятельства, я бы присоединилась к спасению Фьоры и других знакомых и незнакомых людей, но сейчас хотела оставаться рядом с Нели.
Лидия не стала напрягать нас своим обществом, после медицинского осмотра затерявшись где-то в гостевых апартаментах, а мы вдвоём ждали возвращения Петергрэма.
Он вернулся после полуночи, когда обвешанная всевозможными датчиками Нели, несмотря на твёрдое намерение не смыкать глаз, благополучно уснула, а я клевала носом возле её кровати.
Владыка Торн бесшумно проскользнул в двери палаты, и моё сердце при виде его наполнилось светлой радостью.
— Скажи, что всё закончилось хорошо, — попросила я.
— Мы победили, — кивнул он, — А вот вы...
— Сделали всё от нас зависящее и сейчас вне опасности. Как ты говорил? Мы ждём любви и ласки, а не выговора. Жизнь рядом с эрзарами непредсказуема, но я тешу себя надеждой, что в ближайшее время нас ждут мир и покой.
Я протянула ему руку, и мои пальцы скрылись в его тёплой ладони. Нели открыла глаза и улыбнулась.
Эпилог
Эпилог
Клан Торн и его союзники победили в самом сложном и непредсказуемом дашар'гоэне за последние триста лет. Потери за время ритуальной войны с обеих сторон были близки к катастрофическим. И вот, насытившись яростью последней битвы, противники разошлись, чтобы залатать раны и притушить раскалённые угли конфликта, ставшего причиной столь тяжёлого противостояния.
Пять дней после завершения дашар'гоэна по эразрской традиции были отведены на погребение павших и совместную скорбь, но в сердцах тех, кто потерял родных и близких, шрамы остались навсегда.
В большой битве кланов пала мать Ульвара, пополнив печальный список жертв войны, которых я знала лично. Мой друг старательно демонстрировал эрзарскую выдержку, которая, однако, не могла обмануть меня и Еву, и мы скорбели вместе с ним. С позволения владыки мне даже удалось побывать на похоронах в мире эрзаров, присутствовать на сожжении тела и увидеть, как пепел ссыпали в урну, которую замуровали в стене гробницы Торнов, рядом прахом Беатрисии.
Виниамила Торн тоже не вернулась с поля боя. Так завершилась история её жизни и предательства, с которым Алан, кажется, не смог примириться до конца.
Сразу два клана остались обезглавленными. Своих владык лишились семьи Тир и Хель. Петергрэм не делился всеми подробностями финальной битвы, но обмолвился, что оба эрзара оказались втянуты в его с Рейнкертисом схватку, из которой не вышли живыми.