– Это ещё одна из причин, по которой лучше перебраться в городской дом, – пояснил Эветьен, складывая мои писульки в стопку. – Он всяко надёжнее, спокойнее и там ты будешь меньше волновать тех, кому не должно быть до тебя никакого дела.

Я в очередной раз безуспешно потёрла собственные пальцы, нынче похожие на шкуру ягуара. Кто подскажет, сколько времени надо тренироваться, чтобы научиться писать красиво, без ошибок и клякс что на бумаге, что на себе?

– Что ж, значит, переберёмся.

– Сегодня вечером меня не будет во дворце. Вернусь поздно, скорее всего.

Я оглянулась на входную дверь, оставшуюся приоткрытой, – Тисон вышел проверить периметр – и понизила голос:

– С ним? То есть со Сте…

– Да, – без особого энтузиазма подтвердил Эветьен.

– И куда он опять намылился?

– Зачем ему намыливаться? – Эветьен глянул на меня недоумённо.

– Прости, я хотела сказать, куда он собрался, – исправилась я и уточнила на всякий случай: – Я же на франском сейчас говорила?

– На франском. Но иногда ты используешь знакомые слова в неожиданном контексте. Я не всегда его понимаю.

– Радуйся, что я редко посылаю собеседников туда, куда на самом деле никто не ходит.

– И куда же? – мгновенно заинтересовался Эветьен. И выражение лица исполнено живейшего любопытства, будто у ребёнка, готового послушать занимательную сказку.

– Э-э… давай как-нибудь в другой раз обсудим особенности русской ненормативной лексики. Так куда идёт сам?

– Секрет, – зажав бумаги под мышкой, Эветьен обошёл стол, вдруг обнял меня за талию, притянул к себе. Я замерла, упёршись ладонями в мужскую грудь, а Эветьен коснулся моих губ лёгким поцелуем – впервые с той ночи. – Увидимся завтра. И скажи Кили, чтобы начала укладывать твои вещи. Лучше завтра, хорошо?

Я кивнула, мужчина с улыбкой отпустил меня и вышел. Я развернулась к двери, заметила тень по ту сторону порога и постаралась задавить всколыхнувшуюся досаду пополам с неловкостью. Эветьен мой жених, может и поцеловать меня, если захочет, а уж увидит ли это Тисон или нет – какая разница?

Большая.

Каждый день напоминаю себе, что один мне жених, а другой будущий деверь и пора заканчивать с этими моральными метаниями и переживаниями в духе, кто сердцу милее – бледный и холодный или тёплый и пушистый. Или как там в «Дневниках вампира» – хороший брат или мальчиш-плохиш?

В коридоре братья обменялись несколькими тихими репликами и разошлись – Эветьен по делам, Тисон вернулся в библиотеку.

– Ты готова?