Бросив последний взгляд на убитого брата, Реми ринулась в толпу сражавшихся. Противник превосходил их числом. Где Хейл? Он пробивал себе дорогу к трону. Даже сражаясь с очередным стражем, Хейл не сводил глаз с того, кого когда-то считал отцом.

Реми бросилась к нему, расталкивая слуг, которые укрылись за перевернутыми столами, и придворных, что, причитая, сбились в кучу. Всеобщий гул понемногу стихал. Мертвые тела покрывали пол. Зал утопал в крови и желчи.

Реми встала рядом с Хейлом, приноравливаясь к его движениям. Теперь они сражались бок о бок. Вокруг королевских особ образовалась такая толчея, что охрана не могла достать длинные мечи.

Оказавшись внизу помоста, Реми быстро перерезала сухожилия нескольким стражам, которые в замешательстве следили, как расправляется с другими Баба Морганна, и не заметили Реми, пока та не оказалась рядом. И когда они повалились на ступени помоста, девушка принялась сталкивать их, одного за другим, дальше вниз.

Хейл поднялся наверх, заколов последнего охранника. Теперь между ним и отцом никого не осталось.

Реми, тяжело дыша, метнулась к нему, когда вперед, прикрывая отца, вышел Беленас и направил на Хейла свой меч. И хотя рука его мелко дрожала, в глазах принца светилась ненависть.

– Ты разрушаешь все, к чему прикасаешься, Хейл, – прорычал Беленас, злобно оскалившись. – Ты никогда не принадлежал этой семье, но каждым своим действием разрушал и ее.

– Отойди-ка, Бел, – тяжело вздохнул Хейл, качая головой, – не хочу, чтобы тебе досталось.

Реми не верила своим ушам: несмотря ни на что, Хейл относился к этому паршивцу, как к младшему брату.

И тут размытой тенью взвился в воздухе меч. Бросившись на Хейла, Беленас отбил его клинок в сторону. В другой руке у принца сверкнул кинжал, и он вонзил его старшему брату в сердце.

* * *

Реми вскрикнула.

– Бел. – Хейл хватал ртом воздух.

Гнев, ужас, отчаяние поочередно отразились на лице Беленаса. Реми бросилась к Хейлу – ее суженый пошатнулся, но не упал. Реми не могла дышать. А сердце колотилось так громко, что заглушало другие звуки. Она подхватила Хейла.

И тот поднял голову.

Вытащив из груди кинжал, Хейл отбросил его в сторону. Потом взглянул на кольцо Шиль-де на безымянном пальце правой руки.

– Это невозможно, – в панике прошептал Беленас, отступая на шаг.

– Прости, брат, – глухо произнес Хейл.

И прежде, чем Восточный принц успел поднять свой меч, Хейл взмахнул клинком и рассек брату шею. Кровь залила нарядную одежду Беленаса, он захрипел, слепо хватаясь за горло. Принц рухнул на пол, и глухое рыдание вырвалось из груди Хейла.